На улицах - жизнь. Бурлящая, шумная, яркая. Машины сигналят, перестраиваются, подрезают друг друга. Люди переходят дорогу где попало, не обращая внимания на светофоры. Уличные торговцы выкладывают фрукты на лотки - персики, абрикосы, виноград, от которых исходит сладкий аромат, долетающий даже в закрытый салон машины.
Первый раз в Дагестане? - спрашивает Тамерлан, притормаживая на светофоре.
Да, - киваю я, не отрывая взгляда от окна.
- По работе обычно Москва, Питер, иногда Сочи. На юг не ездила.
- Значит, на Кавказе вообще не была, - он качает головой, и в его голосе слышится что-то... снисходительное? Насмешливое? - Тогда будет интересно.
Я поворачиваюсь к нему.
Что именно будет интересно?
Он переключает передачу, машина набирает скорость.
- У нас тут свои правила, - говорит он спокойно, как будто обсуждает погоду. - Свои
традиции. Для женщин особенно. Тебе придётся адаптироваться.
Внутри что-то сжимается. Адаптироваться? К каким ещё правилам?
Послушайте, - начинаю я, стараясь сохранять спокойствие, - я приехала сюда по работе.
Обсудить контракт, подписать документы и вернуться в Москву. Никакая "адаптация" мне не требуется. Я не собираюсь здесь задерживаться.
Тамерлан усмехается - коротко, но как-то по-особенному. Будто знает что-то, чего не знаю я.
- Вот это мне нравится, - говорит он. - Характер. Магомед предупреждал, что юрист из
Москвы будет занозой в заднице. Не ошибся.
Я вспыхиваю.
- Простите?!
Спокойно, красавица, - он бросает на меня быстрый взгляд, и в его глазах пляшут
смешинки. - Это комплимент. У нас сильных женщин уважают. Слабаков не любим.
Я вам не "красавица", отчеканиваю я, сжимая блокнот так, что белеют костяшки пальцев.Меня зовут Валерия Сергеевна. Или просто Валерия, если уж на то пошло. Но не "красавица".
Он улыбается шире, и на его щеке появляется ямочка. Чёрт, ямочка. Это нечестно.Валерия, - произносит он медленно, растягивая каждый слог, смакуя моё имя, будто дегустирует дорогое вино. - Красивое имя. Сильное. Подходит тебе. Можно просто Лера?
- Нет, - выдыхаю я. - Нельзя. Мы едва знакомы.
Пока, - соглашается он легко. - Но день длинный. Много времени, чтобы познакомиться
поближе
В этих словах, в том, как он их произносит, есть что-то двусмысленное. Что-то, от чего тепло разливается внизу живота, и я злюсь на себя за эту реакцию.
Отворачиваюсь к окну, делаю вид, что погружена в созерцание пейзажей. Мы выезжаем за город. Дома становятся реже, зато появляются горы. Сначала далёкие, синие, почти призрачные на горизонте. Потом всё ближе, отчётливее.