– Назови хоть одну причину, почему я должен согласиться, – зло выплевывает он.
– Я буду кричать и сопротивляться, лучше убей сразу!
– Нет, Тиль, это было бы слишком просто для тебя, – дракон с наслаждением вдыхает аромат моих волос. – Ты пахнешь вишней, нагретой на солнце, – его голос становится соблазнительно-бархатистым, что совсем не вяжется с жестко зафиксированными запястьями у меня за спиной. – Если ты и будешь кричать, то только от страсти в моих руках.
Этот ответ меня не успокаивает. Ничуть!
– Я хочу вернуться домой, пожалуйста, отпусти меня, – я прибегаю, кажется, к последнему средству, которое остается у женщины. По моим щекам текут слезы.
Что там Кайда говорила про слабость? Может, хоть это сработает с ним?
– Это невозможно, – дракон губами медленно собирает влагу с моих щек. Отстраняется на миг и темный взгляд скользит по моему лицу. Понимаю, что он предвкушает свой триумф и мое поражение. – Артефакт разряжен, он одноразовый. Обратного пути в твой мир нет. Смирись и покорись мне.
Для меня это становится последним сокрушительным ударом. Я застываю мраморной статуей. Не хочу сопротивляться. Чувствовать. Дышать.
«Обратного пути нет», – единственное, о чем могу думать я.
Не реагирую на прикосновения дракона. Он наконец-то отпускает мои руки, и они безвольно падают вдоль туловища. Не замечаю, что мужские ладони стискивают мою талию и ребра, вжимают в себя.
Мне вдруг становится все равно. Принять судьбу, которой у меня нет и не будет? Пусть так.
Я едва чувствую прикосновение мужских ладоней к бедрам. Чувствую, что платье медленно ползет вверх, собираемое длинными, горячими пальцами. Замечаю это будто со стороны, но теперь мне действительно все равно.
В груди медленно разливается равнодушие и холод. Все эти годы я жила лишь одним: надеждой. Она заставляла меня двигаться, бороться, дышать. Она стала моей целью, но… кажется, я во всем ошибалась.
Нет никакой надежды, она давно умерла. Я занималась самообманом, все эти годы, и никогда всерьез не задумывалась, чтобы тут остаться. Артефакт был моей путеводной звездой, а сейчас она погасла.
«Все кончено» – эту новую мысль я принимаю на удивление спокойно, как будто она логичное завершение всему. Я ужасно устала вечно притворяться, прятаться и куда-то бежать.
Отстраненно замечаю, как мужские руки начинают вновь расстегивать на мне платье, но мне плевать. Пусть делает что хочет. Его игрушка сломалась, но дракон этого пока не замечает.
Я не хочу больше кого-то ненавидеть и обвинять, за что-то переживать. Ничего не хочу, только тишины и покоя для своей изорванной в клочья души.