О чем именно он спрашивает?
Я вдруг понимаю, что ситуация на балконе стремительно накалилась. Как? Когда? И упираюсь ладонями в грудь дракона, отлитую, кажется, из цельного куска камня.
– Пустите, – я смотрю на него сверху вниз и с ужасом вижу, что он медленно качает головой и усмехается – так искушающе, порочно, что по позвоночнику у меня рассыпаются горячие искры.
– Ты ведь хочешь этого сама, – пламя в черных глазах похоже на ад, в который он хочет увлечь меня за собой. У меня остаются считаные секунды, чтобы что-то придумать. В голове проносятся масса вариантов развития событий.
«Не то, все не то», – с отчаянием понимаю я. Время идет уже на доли секунд, когда меня, наконец, осеняет.
Шок – вот то единственное, что я могу использовать. И буквально за миг до обрушивающейся на меня лавины страсти, решаюсь…
Глава 11
– Вы знаете дракона по имени Рейнис Ри Ган? – выпаливаю я прямо в губы дракона, что уже почти касаются моих.
Эффект от этих слов даже лучше, чем я могу себе вообразить. Имя другого мужчины –дракона, произнесенное мной, действует на Грегора, как ушат ледяной воды.
– Почему ты спрашиваешь о нем? – дракон пронзает меня подозрительным взглядом своих черно-серебряных глаз. Зрачок все еще расширен, но я вижу, как он медленно начинает сужаться.
– Он купил одну из девушек в нашем пансионе, – уклончиво отвечаю я. – Мне показалось, вы можете его знать.
Дракона мой ответ не устраивает, скорее, напротив.
– Отвечай, за чем на самом деле тебе понадобился Рейнис? – мужские ладони на моей талии сжимаются сильнее, обхватывая ее почти полностью. Ртутные зрачки опять начинают расширяться.
Черт! Вовсе не такой реакции я ждала. Значит, придется сказать правду.
– Он купил мою подругу Алайю, – признаюсь я. – А через месяц нам сказали, что она умерла.
Воздух вокруг прошибают электрические разряды, когда лицо дракона приближается к моему. Но на этот раз он не собирается меня целовать, он в ярости. Ноздри раздуваются от гнева, на скулах играют желваки.
– И ты решила… – цедит он сквозь зубы, – что это Рейнис убил ее, так?
Я молчу.
– Так?! – спрашивает он снова, угрожающе и с нажимом.
– Да! – я вскидываю голову. Мне внезапно надоедает играть с ним в покорную овцу. Чувство самосохранения улетучивается, сменяясь волной ненависти к этим ящерам. За себя, за подругу, за наши жизни, которые нам не принадлежат.
– Директриса сказала, что у нее был любовник, но я знаю, что Алайя никогда бы так не поступила! Она была честной девушкой. А еще я знаю, что она не хотела становиться архэ этого дракона, он увез ее против воли!