сдвинуть. Улыбнулся мне ободряюще, погладил по щеке и вышел из машины. Посмотрела на упавшее дерево. Действительно, не такое уж большое. Арман подошел к нему, наклонился, приподнял за ствол и отодвинул в сторону. Потом повторил это еще несколько раз, пока дорога не оказалась свободной. Мой мужчина повернулся к лобовому стеклу и отвесил шутовской поклон. Закатила глаза, но послушно зааплодировала его силе и смекалке. Мы все еще обменивались улыбками, когда услышала тихий хлопок. Арман покачнулся и стал оседать на землю. Забыв обо всем на свете, выскочила из машины и подлетела к нему. По светло-голубой рубашке расплывалось бурое пятно. Арман смотрел на меня испуганно и беспомощно, стремительно бледнея. Прижала ладонь к его груди, чтобы хоть немного остановить кровь, а второй рукой выудила из кармана телефон. Это далось мне непросто, руки ощутимо дрожали. Поэтому и набрать нужный номер быстро не получилось. Но, в конце концов, услышала голос Чезаре Грассо. – Милена?! – Арман ранен, мы где-то на дороге-дублере в роще. Почти доехали до клуба. – Ты в порядке? – почти прокричал в трубку дед моего сына. – Да, пожалуйста, приезжайте поскорее, – не стоило этого делать, но я заплакала. Чезаре разговаривал со мной все время до приезда 911. Алекс появился на пару минут раньше. Арман к этому моменту уже был без сознания. И это были самые страшные мгновения в моей жизни – кругом никого, мой любимый истекает кровью, и я ничем не могу ему помочь. Поехать в больницу мне не позволили. Вместо этого Алекс повез домой. Но настоял на этом, конечно, Грассо-старший. Спровадил под предлогом, что мне лучше побыстрее оказаться рядом с Максом. В принципе он был не так уж не прав – руки до сих пор тряслись, и я мечтала обнять своего мальчика и убедиться, что с ним все в порядке. Потребовала обещание, что мне позвонят сразу, как только что-то станет известно, и села в машину. Всю дорогу мы молчали. По напряженному лицу Алекса не сложно понять, о чем он думает. Уже около дома, вытерев в очередной раз слезы с щек, все же отважилась заговорить. – Меня винишь? Долгая тяжелая пауза. Остановились у ворот, и я поняла, что в дом он не пойдет. Значит, поедет в больницу. Без меня. Это вновь неприятно резануло. Кто я для них? Мать его ребенка и только. Даже если сама приеду в клинику, меня попросту не пустят. Даже не расскажут ничего. Юридически мы с Арманом чужие друг другу. Закусила губу до боли, пытаясь справиться с эмоциями. – Не тебя. Бывшего твоего. – Почему так уверен, что это он? – Больше