— Что это значит для нас? — я сжал подлокотник с такой силой, что побелели пальцы.
— Счета клана заблокированы. Все, кроме личных счетов членов семей, но поступлений на них естественно с основного счета клана не будет. Собственно, это все, что я хотел вам объявить.
— Извне личные счета могут пополняться? — я почувствовал во рту горечь.
— Да, разумеется, заблокирован только основной источник поступлений.
— Я вам благодарен, господин Хромцов, что вы пришли и предупредили нас, — я криво улыбнулся. — Я скоро с вами свяжусь, чтобы обсудить пути поставок денег не со счетов Кернов.
— Рад видеть столь взрослую и трезвую оценку сложившихся обстоятельств, — Хромцов раскланялся и удалился. В коридоре его должен будет принять охранник и проводить к двери, чтобы он случайно не заблудился и не начал бродить по дому.
Как только дверь за ним закрылась, мать негромко вскрикнула и прижала руку ко рту.
— Господи, счета клана — это же не только наши потребности, в конце концов, мы-то можем немного подтянуть пояса. Но производства, лаборатории, да та же клиника? А зарплата нанятых работников? Папа, как ты мог со всеми нами так поступить? — и она закрыла лицо руками.
— Назар Борисович, мы сможем хоть недолго продержаться после реализации тех побрякушек? — сквозь зубы процедил я, стараясь не взорваться.
— Если дело касается всего клана, то на месяц не больше, — он покачал головой. — Прибыль-то падает на счета клана, они только для снятия заблокированы, но бухгалтера никак не сумеют ею воспользоваться, для реализации выплат.
— Что же нам делать? — растерянно повторила мать, когда Егор неловко обнял ее за плечи, пытаясь хоть немного поддержать.
— Не переживай, деньги — это не твоя проблема. Я что-нибудь придумаю, — во всяком случае постараюсь. И видят Боги, я буду стараться изо всех сил, потому что от этого сейчас зависит не моя гордость, или слава любовника, или даже репутация крутого парня, а само существование клана Керн.
— Я могу попросить в долг у Ушаковых, — немного неуверенно произнесла мать, прижавшись к Егору. Он растерянно посмотрел не меня, но я только пожал плечами, репутации Марии Керн уже ничто не повредит, и как-то ограничивать ее я не собираюсь. Должна же она хоть в зрелом возрасте познать все прелести этой жизни, в конце концов. — Дед мне не откажет. Несмотря на все мои… — она быстро взглянула на меня и виновато улыбнулась. Неужели все еще чувствует вину перед сыном, который, кое-где считается в какой-то степени изгоем? — Он все равно считает меня своей любимой внучкой.
— Нет, — я покачал головой. Надо же, оказывается мой прадед по Ушаковым все еще жив. Его дочь уже покинула этот мир, а он все еще руководит кланом. — Во-первых, мы понятия не имеем, когда сумеем вернуть долг, а накапливать долги я пока не собираюсь. Ну и, во-вторых, как ты сможешь обосновать желание занять у него такую сумму, не раскрывая при этом, что твой отец непонятно где, и не известно, вернется он к нам или же… — вот о последнем думать не хотелось, но я не мог исключать любые варианты. — Скажешь, что устала так жить и хочешь прикупить приличного размера остров, и переехать туда на постоянное место жительства? Нам пока нельзя говорить про то, что дед не просто уехал отдохнуть. Вокруг клана и так кружат шакалы, только и ждут, чтобы урвать кусок пожирнее. — Я встал из кресла и потянулся.