— Три километра, — задумываюсь я, — это очень точно, можно сказать в яблочко, скорее всего при реальной стрельбе отклонение должно быть больше.

— А так оно и есть, — поморщился Челомей, — это данные испытаний в почти безветренную погоду, гироскопы не могут парировать снос. Сейчас делаем еще один вариант радиоуправления, по лучу, там точность будет уже около километра.

— При весе заряда в пятьсот килограмм это все равно мало, — делаю я вывод, — но дело в том, что при стрельбе по баллистической траектории точность повысится до километра, что один черт недостаточно. Нужна другая система наведения, по координатам двух радиостанций, тогда можно достичь точности в сотни метров.

— Сейчас надежда на систему управления по радиолучу, — информирует Владимир Николаевич, — там точность хоть и возрастет, но все равно будет недостаточной. Если твоя идея окажется лучше, то почему бы ее не попробовать?

А это без проблем, нарисую, не жалко, тут главное, чтобы реализация не подкачала. Так-то ракетная тематика была в тренде в СССР, даже 18-ый главк в НКАП под нее в сорок третьем году был создан, но пока никто не мог четко сформулировать, в каком направлении следовало продвигать работы. Вот я этим и воспользовался, пообещал в ближайшее время выдать тех задание на ракету, которая преодолеет расстояние в четыреста километров со сверхзвуковой скоростью. Систему управления пока не трогал, это следующий этап, и там будет много чего, от набора гироскопов до радиолокатора.

Вообще-то Челомей готовился выдать мне другое задание, на крылатую ракету, но видимо решил посмотреть, на что способен новый начальник отдела, а уже через неделю был вынужден погрузиться в изучение моих художеств:

— А ты уверен в том, что мы сумеем сделать реактивный двигатель с тягой в двадцать тонн? — Озадаченно спрашивает он.

— Почему нет? — Хмыкаю я. И тут же подсовываю ему эскизный проект двигателя. — Теоретические выкладки это позволяют. Вот, смотрите.

— Это у тебя что, охлаждение сопла топливом? — Вникает в суть проекта Владимир Николаевич. — Зачем, если от него требуется выдержать всего две минуты работы.

— Слишком велика интенсивность горения топлива, — объясняю ему необходимость такого решения, — к тому же давление раскаленных газов в камере сгорания будет в пределах пятидесяти атмосфер и теплообмен будет очень интенсивный. Без охлаждения в этом случае не обойтись.

— Для этого ты и устанавливаешь турбонасос с парогенератором, — догадывается Челомей, — что ж, идея выглядит здравой, но сам понимаешь, без предоставления прототипа двигателя дальше проекта дело не пойдет.