Теперь можно было вытянуть края ремня до уровня уздечки и выводить тихую зверюгу наружу.

Скакать на куролиске без такого шлема могли только воины. Тварь пыхала огнём, пусть и не так сильно, как дракон, а взгляд её замедлял и навевал сонливость. Сонных людей куролиск мог сжечь или сожрать. Под настроение.

— Ты быстро, — заметил Карсиан, который стоял на улице. — Почему ты не пошла в наш университет? Уверен, ты была бы круглой отличницей!

Я взлетела на куролиска одним прыжком, стараясь не задеть его чувствительный змеиный хвост, и умостилась поудобнее между короткими крыльями, не предназначенными для полёта.

— Я хотела спрятаться, ты же слышал мой рассказ, — коротко пояснила я. — А где меня бы принялись искать в первую очередь?.. Вот именно.

— Ты права, — Карсиан оседлал своего куролиска. — Но как же жалко! Ты бы прекрасно проводила время в нашем университете.

Он натянул поводья и чуть потряс ими, понуждая куролиска бежать вперёд. Я направила своего следом.

— Расскажи, что вы делаете в вашем университете? — крикнула я. Если мне хотелось узнать что-то о Карсиане или том месте, где я могла бы учиться, скачки на куролисках были ничуть не хуже прочих мест.

Карсиан оказался не только искусным всадником и отличным знатоком герцогства, что в целом было понятно для того, кто здесь проживает большую часть жизни, но ещё и отличным рассказчиком. А я, по-видимому, прекрасным слушателем.

Мне было интересно всё. Преподаватели, предметы. Я оказалась права. Там даже больше, чем в стихийном университете, готовили воинов. И не делали разделения между юношами и девушками. Значила только сила и умения. Причём сила не всегда нужна была магическая.

Сам Карсиан не был ламией, но кровь ламий текла в его жилах, и потому твари его неплохо слушались. Он неспроста выбрал пегасов. Вовсе не по тому, что с ними легко, как полагал мой брат. Гес ведь знал о пегасах только то, что это крылатые кони, которые непрочь разорвать на части и сожрать человека. При этом они хитрые почти как их водяные собратья и способны заманить в свой табун не знающего об их хищной натуре мага. И магия там могла не спасти.

Карсиан же занимался именно ими, потому что в них меньше всего было змеиного. А всё-таки большинство ламий относились к змеиному роду, и он, несмотря на сестру мышку, был не исключением. Так что парень просто хотел научиться самому сложному. Что же, не самое умное решение, как по мне, но достойное уважения. Я вот не пошла в университет некромантии именно по этой причине — не хотела заниматься тем, что мне даётся хуже всего.