Профи автовор откручивал колесо за пять минут, но на весь комплект уходило пару часов, надо ведь стабилизировать обкрадываемую машину на время «разувания». Для этого, само собой, под днище подкладывали кирпичи.

На черном рынке самая дешевая рессора стоила полтинник рублей, а вот комплект уже можно загнать за две, а то и пять сотен. Новая резина, не бэушная, гарантированно принесла бы по семь сотен каждый комплект. Тридцать комплектов — это же двадцать тысяч рублей минимум.

— Тащи с завода каждый гвоздь — ты здесь хозяин, а не гость! — белозубо улыбнулся Колосников. — Отлично, Саша, отлично. Мы с ребятами тогда пойдем послезавтра. Я сегодня на смене, а завтра отдохну и соберу ребят. Все, как обычно. Там дядя Жора будет?

Гречкин кивнул.

— Вроде бы он, глухой тетерев. Хотя, недавно взяли еще студента ему в помощь, но тот вообще не вопрос. Спать будет, как убитый. Вряд ли полезет к вам. Вы с собаками разобрались уже?

Волосков кивнул.

— Конечно. Давно уже. Каждый раз захожу туда, прикармливаю потихоньку. Они меня знают, уже ждут и хвостами виляют. Из меня вышел бы отличный дрессировщик. Может, мне пойти в цирк и предложить…

Гречкин ткнул его в грудь твердым острым пальцем.

— Не расслабляйся. Зам в этом деле не участвует, я хочу провести без его ведома, чтобы не делиться, а то он в последнее время слишком жадный стал. Много просит, сучий потрох. Так что, сделайте все тихо и красиво, без сучка и задоринки. Понял, Костян?

Волосков стоял на месте, сунув руки в карман и покачивался. Затем кивнул.

Они находились в персональном гараже Гречкина, на территории кооператива «АЗЛК», где у задней стены он пробил в бетонном полу отверстие и устроил там нечто вроде погреба. Там он иногда складывал похищенное с завода имущество.

В гараже стоял новенький бежевый «Москвич 412» 1970 года выпуска, Гречкин купил его в прошлом году, а собеседники стояли возле багажника и левой задней дверцы. Начальник цеха положил руку на крышу автомобиля и ждал ответа.

— А что, в первый раз, что ли? — спросил Волосков. — Сделаем по науке, как полагается. Не кипятись, начальник. В каком складе сложен товар?

Гречкин назвал номер склада семнадцать и еще раз попросил сделать все гладко. Потом Волосков ушел, а Гречкин остался.

Сейчас, после одиннадцати часов вечера, Волосков и его двое подельников, с которыми он жил в одном дворе, стояли возле каменного забора, окружающего склады АЗЛК.

Их звали Шмалыгин Коля и Тукинов Гриша. Ребята крепкие, Шмалыгин служил морпехом в 335-м гвардейском полку Балтийского флота, а Тукинов механиком-водителем в танковых войсках.