Если бы кто-то сказал мне, Каэлену ван Морвигу, что величайшая ошибка в моей жизни произойдёт из-за меня же самого и невнимательности к деталям, я бы, несомненно, присудил этому остряку месяц отработок в оранжерее с мандрагорами. Увы, горькая ирония судьбы редко заботится о мнении ректора самой престижной магической академии. А уж тем более – о его чувствах.
В тот вечер Астрариум погрузился в ту глубокую, звенящую тишину, которая наступает лишь глубокой ночью, когда даже самые усердные студенты отправляются на покой. Лишь магические сферы, лениво парящие под самым куполом, издавали своё мерное, убаюкивающее гудение, чем-то напоминавшее мурлыканье гигантской невидимой кошки.
Я стоял у древнего пюпитра, чувствуя, как пыль веков оседает на моих пальцах. Фолиант, который я изучал, был настолько стар, что даже воздух вокруг него казался густым от времени. Он пах затхлостью забытых склепов и пылью веков – аромат, который я, как мне казалось, знал лучше, чем кто бы то ни был.
Последние отчёты из Зэрота не оставляли сомнений: старая угроза, магия крови, поднимала голову. Нашим стандартным щитам требовалась… дополнительная поддержка. Нечто, что не подчинялось бы известным законам.
Заклинание называлось «Страж Вечности». Суть его была до гениальности проста: призвать сущность извне, чья врождённая природа станет живым, дышащим щитом для академии.
Цена? Капля крови заклинателя. Пустяк. Но запретный. Который мог вызвать настоящий раскол внутри академии. Ведь многие были против защиты от магии крови заклинанием, связанным с этой магией. Поэтому я был один. Без свидетелей.
Текст, однако, местами выцвел, а в углу страницы, самым что ни на есть мелким и блёклым почерком, кто-то начертал что-то совершенно нечитаемое. Я склонился ниже, щурясь.
«Предупреждение о побочных эффектах», – с лёгким раздражением подумал я, отмахнувшись от этого, как от назойливой мухи. Когда на кону стоит безопасность Осьмиры, подобные мелочи кажутся досадными, но не стоящими внимания.
О, как же я заблуждался. С высоты своих титулов и знаний, я был слишком самоуверен.
Я произнёс слова. Мои ученики знают мой голос как воплощение спокойной, ледяной власти, способной одним тоном остановить драку на пороге Зала Забытых Заклинаний. Но в тот миг он звучал иначе – древние слова вырывались из моего горла хриплыми, тяжёлыми слогами, будто я вытаскивал их на свет из самой толщи времени, и они сопротивлялись этому.
Свет магических сфер померк, будто кто-то задул гигантские свечи. Воздух сгустился, стал тягучим, как мёд, и пространство в центре магического круга задрожало, заколебалось, словно гигантская стена из желе.