Я ожидал увидеть сияющего архангела в доспехах из чистого света. Или грозного элементаля, сотканного из самой материи бури. Или, на худой конец, очень сердитого, но невероятно могущественного духа какого-нибудь забытого предка. Вселенная, судя по всему, сочла мои ожидания невероятно скучными и банальными.

Вместо величественного защитника пространство надорвалось и из разрыва со звуком оглушительного визга вперемежку с отборной бранью на отполированный гранитный пол с не самым изящным и довольно громким «бух!» вывалилась… девушка.

Она была одета в кошмарно синюю униформу с табличкой «Элина», её светлые волосы были собраны в пучок, который сейчас больше напоминал растрёпанное гнездо. В одной руке она сжимала подозрительно блестящий плоский кирпичик, в другой – пачку каких-то пёстрых бумажек, испещрённых цифрами. Она откашлялась, подняла голову, и её глаза, широко распахнутые от шока, метнулись по гигантскому залу, по стеллажам, уходящим ввысь, по парящим сферам, и, наконец, упёрлись в меня.

Наступила тишина, более громкая и выразительная, чем любой магический взрыв.

– Г-где я? – прошептала она, и её голос с лёгкой хрипотцой, разорвал торжественность момента. – Это… что, съёмки? Это шоу «Вызов», да? Очень похоже.

Я был парализован. Мой мозг, который привык одновременно вычислять траекторию полёта разъярённого дракона, анализировать дипломатический подтекст письма из Ксандара и составлять расписание занятий на семестр, дал сбой. Полный и абсолютный.

– Кто вы? – спросил я холодно, глядя ей в глаза.

Она моргнула, и в её взгляде читалось скорее раздражение, чем страх, что было вдвойне оскорбительно.

– Я? – удивилась она, поднимаясь с пола и отряхивая свою нелепую униформу. – Это лучше вы скажите, кто вы, иначе я позвоню в полицию за ваши неуместные шуточки. Вы меня, вообще-то, с работы выдернули. У меня там очередь до потолка, а кассу не сдать!

Она потрясла своим блестящим кирпичиком, тыча в него пальцем. «Полиция». «Очередь». «Сдать кассу». Каждое слово было новым абсурдным кирпичиком, который она швыряла в мою реальность.

– Полиция, – повторил я медленно, вкладывая в это слово всю возможную порцию ледяного сарказма, – здесь бессильна. Как, впрочем, и ваш… телефон. – Я кивнул на её «кирпичик». Магический фон Астрариума должен был сделать эту штуку не более полезной, чем булыжник.

Она с недоверием посмотрела на экран и нажала кнопку. Лицо её вытянулось.

Я мысленно похвалил древние защитные поля, впервые за вечер испытывая нечто отдалённо напоминающее удовлетворение.

– Послушайте, мужчина… – она замялась, ожидая моего имени. Я промолчал, и она махнула рукой. – Ладно, неважно. Шутки кончились. Где я и что это за цирк? И главное – как мне вернуться? У меня смена через полчаса заканчивается!