Да что говорить о боях на Украине, если Пётр Михайлович Гаврилов почувствовал это и здесь, в Белоруссии? Их танковому корпусу поставили задачу захватить центр Барановичской области, являющийся ещё важнейшим железнодорожным узлом. Гитлеровская пропаганда объявила его «фестунгом», городом-крепостью, отступление из которого без разрешения командования будет караться жесточайшим образом, вплоть до расстрела.

Подступы к Барановчам немцы укрепляли всю весну. Вдоль берегов рек Смолянка, Щара, Мутвица и Волхвянка, охватывающих город с трёх сторон, построили мощные полевые укрепления и противотанковые заграждения. Все подступы к этому рубежу и за ним, до самого города, превратили в минные поля, проходы в которых для своих обозначили вешками. Вырыли большое количество капониров для бронетехники и артиллерийских орудий. Про дзоты и говорить нечего: их построено огромное количество, причём, многие тщательно замаскированы.

Конечно, сосредоточив на участке прорыва фронта мощнейшую артиллерийскую группировку, подавить любое сопротивление первой и второй линии немецкой обороны удалось достаточно быстро. Как где-то уже слышал Гаврилов, при двухстах орудиях на километр фронта о противнике не спрашивают и не докладывают, а только доносят, до какого рубежа дошли наши наступающие части. Так и получилось на этот раз: введённый в прорыв 3-й гвардейский танковый корпус очень быстро охватил Барановичи с севера и юга, а пехотные и мотострелковые части принялись расширять «дыру» в немецкой обороне.

Но «фестунг» гитлеровцы обороняли ожесточённо, и не думая отходить по специально оставленному для них коридору. Коридор пришлось вскоре ликвидировать, чтобы исключить переброску в город пополнений и боеприпасов. Но бесконечно ждать, когда у гарнизона, насчитывавшего что-то около пяти тысяч человек, кончатся снаряды и патроны, было некогда: железные дороги, расходящиеся из Барановичей в пяти направлениях (а если учесть развилку в районе деревни Заречье, то и в шести) требуются и для снабжения частей Красной Армии, ведущей наступление на запад.

Попытки взять город штурмом, показали, что потери при этом будут огромными: у немцев пристрелян каждый куст, каждый бугорок. А тут ещё и радиоперехват добавил сведений о том, что фрицы наскребли целых два танковых полка, чтобы пробиться от Ивацевичей к Барановичам по шоссе Минск — Брест и деблокировать окружённых.

Именно в этих местах в июне и начале июля 1941 года держали оборону против Танковой группы Гудериана красноармейцы. Даже окопы и капониры после тех боёв не совсем осыпались, в чём убедились бойцы Гаврилова, занимая рубежи вдоль шоссе. Правда, разбитую и даже сгоревшую технику и оружие немецкие трофейные команды давным-давно уже собрали и вывезли, но, углубляя траншеи и капониры, ребята натыкались и на засыпанное землёй оружие и боеприпасы, и на тела защитников рубежа. Для таких устроили братскую могилу в ближайшем тылу и похоронили с воинскими почестями.