Я повернул голову в сторону, но не увидел комнату. Там тоже был парк: вагончик с кривыми зеркалами и палатка с сахарной ватой. Над головой не потолок, а пасмурное небо. Под ногами, тёмно-зелёная трава. Земля, напитанная дождём. Кроссовочки промокли. В моей маленькой – руке билетик.
Пахло дождём, жжённым сахаром, воздушной кукурузой, древесными опилками. Влажный воздух холодил кожу.
Мне было нужно запрыгнуть на карусель, но я боялся, что меня под неё затянет…
Воздух иногда рябил помехами. Картинка на секунду расплывалась и снова становилась чёткой.
Медленный вальс зациклился на нескольких нотах. Голова болела.
– Марик! – закричал я детским голосом. – Вытащи меня отсюда!
Слова растворились в пространстве и стали тихим шипением.
Ш-ш-ш-ш-ш!..
Эта реальность словно призывала меня молчать. Карусель вращалась и вращалась. Мелкие частицы ряби сосредоточились в одном месте – прямо передо мной. С каждой секундой эта рябь обретала форму и наконец стала похожа на силуэт.
Передо мной возник человек, сотканный из телевизионных помех! Его непостоянный образ причинял глазам боль.
Марик был прав: «ночной показ» – это живое существо!
К моему лицу потянулась дрожащая чёрно-белая рука. Длинные пальцы метили мне прямо в глаза. Наверное, рябящий человек собирался залезть мне в голову.
Я услышал резкий хлопок и звон стекла. Всё вокруг исчезло. Стало темно.
Это и есть смерть?
Тогда почему сердце всё ещё бьётся, лёгкие дышат, а в голове невыносимая боль?
Послышался тихий щелчок. В комнате вспыхнул торшер. Я сидел в кресле. Передо мной стоял разбитый телевизор. Из дыры в экране на пол текла густая, тёмная слизь. Непонятно, что за гадость…
Рядом стоял Марик и улыбался.
На его лице мерцало что-то розоватое, будто он испачкался косметикой с блёстками. А в его правой руке была рогатка…
Оружие функции второго поколения.
– Получилось? – спросил я, чувствуя себя обессиленным.
– Да. Муляж сдох. Спасибо за помощь, – сказал Марик, спрятав рогатку в карман.
– Обращайся… – я попытался встать, но не вышло.
Ощущения были, словно разгрузил три вагона.
– В самом деле? Хочешь помочь? – серьёзно спросил Марик.
– Подумаю, – ответил я, запоздало поняв, что ляпнул.
На что он собирался меня подписать? Помогать ему в охоте на таких вот созданий?.. Вряд ли это безопасное занятие.
Иммунитет вселенной
В небе ярко сияли звёзды. Мы сидели на одной из пустующих рамп скейт-парка. Нас окружала тишина, но в моём воображении возникали звуки роликовых досок: быстрый рокот колёсиков и ритмичные стуки.
Эллина спряталась в толстовку от холодного ветра: натянула рукава на пальцы, а воротник на подбородок. Только глаза торчали из-под капюшона. Я мысленно сравнил её с черепахой и невольно улыбнулся.