Первый этаж меня встретил криками, кровью и пулей, на которую я нарвался выбегая на лестницу.
Первый этаж меня встретил криками, кровью и пулей, на которую я нарвался выбегая на лестницу.
Спас меня осадный арбалет, именно его ложе и перехватило этот злой кусочек свинца. Тут даже и не поймешь — то ли счастье, что задержался взводя этого монстра, то ли наоборот — выскочил бы раньше, под слепой выстрел и не попал бы.
У входа полосовали друг друга когтями две девичьи фигуры, обе — один в один как моя сестренка, а маман — прыгала вокруг и стреляла из короткоствольного револьвера весьма приличного калибра.
Девушкам везло, пули летели куда угодно, только не в них, именно одну такую я и перехватил на выходе из коридора.
Сбежав по лестнице вниз, я заорал:
— Всем стоять! — и выстрелил из арбалета в потолок.
Последнее я сделал зря, так как на выстрел никто внимание и не обратил, чай не револьвер.45 калибра, вот тот рявкает грозно, так что уши закладывает, а гудение спущенной тетивы арбалета за девичьими криками никто и не заметил. Радовало только то, что у маман закончились патроны и она вхолостую щелкала курком.
Лезть к девушкам врукопашную я остерегался, пока буду разнимать — они меня в четыре руки исполосуют. Чем пользуются не ясно, но сечек и глубоких кровоточащих царапин на обоих девушках было достаточно.
Остается одно — принуждение к миру! Я перехватил арбалет на манер дубинки и ворвался в женскую драку дубася девичьи тела. Пара ударов по почкам, тычок по печени и отмахивания от попыток вырвать мне глаза и принужение увенчались успехом. Правда пришлось и маман жестко оттолкнуть, так как она решила принять участие перехватив револьвер на манер кастета и попыталась проверить прочность его рукояти молотя по нашим головам.
— Что здесь происходит? — с ситуацией явно следовало разобраться по свежим следам.
— Она допель! — практически в унисон заявили сестренки, некультурно тыкая пальцами в друг друга.
— Маман? — я обратил внимание на тяжело дышавшую от схватки женщину.
— Какая я тебе маман, урод⁈ — на лице женщины отразилась незамутненная ярость.
Вот так вот. Приплыли. И что теперь со всем этим делать?
— Значит так, сейчас все идем в столовую и вы все мне рассказываете!
— А не слишком ли много на себя берешь, сопляк? — у маман было свое мнение по этому поводу.
— А тебе потроха выпустить или коленей лишиться хочешь? — я зажег проекцию Аурных когтей. — Про дуэли слышала? Так я там не все что мог показал, могу устроить мастеркласс, только, боюсь, потом тебя никакой лепила не соберет!
Терпеть не могу давить на женщин с позиции силы, но некоторые другого подхода вообще не понимают.