Покрывшись волосами, он защитился от нового копья. Обратился в волка, но что-то пошло не так. Задние лапы плохо работали, и, ударив сверху Властью, я прижал его к земле.

— Салум! — выставил ладонь, посылая поток пламени.

Где-то сзади раздался яростный рёв, но я не отвлекался. Зверь прыгнул, развернулся и метнул в меня что-то твёрдое. Я уклонился в сторону, Властью ощущая, куда летит снаряд.

— Орио! — ударил я очередным копьём.

То врезалось в шерсть, завязло и не пробило.

— Ильвей! — выпустил я десятки лент.

Пламя всё ещё терзало оборотня. Он повалился на спину, попытался сбить его, но не тут-то было. Пожирающее пламя на то и пожирающее, что так просто от него не избавиться. Тогда его шерсть отросла ещё сильнее, он превратился в пушистого, огненного зверька. Ленты налетели на него, и я принялся вкачивать в них молнии. Засверкало, и оборотня всего затрясло.

Вот оно, торжество магии над голой мощью!

Я ощутил, как где-то сзади промелькнула быстрая человеческая фигура и ушла в сторону Кощея. Аврора? Неважно. Сейчас главное — владетеля добить. Он сделал ставку на побег. Восстановил ноги и бросился в лес. Я дёрнул ленты на себя, но силы не хватило. Меня бросило вперёд, прямо на землю и, так как я не отпускал, потащило по всем кочкам, неровностям и кустам.

Что мне было на руку. Выждав с десяток секунд, зацепился Властью за деревья. Толкнул себя от земли, вскочил на ноги и упёрся. Ленты натянулись, сразу три лопнули, и тогда я подал дополнительную энергию в оставшиеся.

Сам же нацепился на одну из лап и ударил по ней Властью. Раздался хруст, волка подкосило, и он рухнул на живот.

— Что же ты такой живучий… — сказал я недовольно.

Сконцентрировавшись, принялся создавать Орио, дополненное Игримом — острым.

Оборотень развернулся ко мне, припал к земле, зарычал. Выглядело так, будто собрался подороже продать свою жизнь. Создав заклинание, я снова надавил Властью.

Тварь засветилась энергией, разрушила путы, проигнорировала давление и бросилась на меня. Я же отпустил копьё. На месте предполагаемого удара начали расти волосы, но что толку. Я ведь специально заморочился, чтобы сделать особо острый снаряд. Тонкое копьё прошло сквозь шерсть, пробило горло. И даже так эта гадина чуть не достала меня. В последний момент я отскочил, разминулся с когтями.

— Фульгур! — выдал я, пуская по копью разряд.

У зверя от этого глаза натурально изнутри вспыхнули. Он пошатнулся и наконец-то упал.

— Игрим! — ударил я новым лезвием, меня в сердце.

На этот раз не столь хорошо подготовленный удар дал осечку. Заклинание застряло в шкуре, но я принялся давить Властью и не успокоился, пока клинок не вошёл в плоть, не прорубил грудную клетку и не добрался до предполагаемого сердца.