— Знаю такого. И что? Сава дерётся?

— Да. Я его отругала, но этот паршивец побеждает. Деньги хорошие приносит. Квартиру новую он тебе выбил, если что. Заткнул рот всему семейству, — рассмеялась мать, но почти сразу перестала. — Было приятно на это посмотреть, но что за подпольные драки? Куда ему дальше с этим?

— Не думаю, что он будет делать карьеру обычного драчуна, — задумался я. — А так почему нет? Деньги и опыт. Неплохо же.

— Это позор для аристократа, выступать на потеху публике. Поговори с ним, — попросила мать.

— Разумеется. А по остальным что? Есть какие новости?

— У меня — нет. Я ни с кем почти не общаюсь. Новостей не слышала.

— Ясно, — кивнул я. — Савелий во сколько возвращается?

— Поздно. Я его уже и не жду. Всегда после десяти, и это в лучшем случае.

— Заглянуть, что ли, к родне? Чтобы спалось им легче, — улыбнулся я.

— Злой ты, — захихикала матушка. — Загляни, чего нет. Они наверняка как раз ужинают.

Я и правда решил заглянуть. Время — забавная штука. Оно и лечит, и острые углы сглаживает, и убивает лучше всего на свете. Зависит от срока.

Срок был достаточный, чтобы все острые углы прошлого нашего общения с родственниками сгладились. Не так, чтобы в ноль затёрлись, но так, чтобы надеяться не разругаться в первую же минуту. В этом смысле немного пойти навстречу и самому заглянуть — почему бы и нет?

Проблема Игоря никуда не делась. Я пока не придумал, что с ним делать. То ли устранять, что плохой вариант, то ли подчинять, что сложно реализуемый вариант. Поэтому, напомнить о себе, потрепать нервы — правильный шаг. Пусть знает, что я никуда не делся. Другая причина — как ни странно, но я хотел наладить отношения с семьёй. В условиях вероятных конфликтов с серьёзными противниками, надёжный тыл — это база, с которой следует начинать. Конечно, семью дяди тылом даже с натяжкой не назовёшь. Но выстроить с ним такие отношения, чтобы дядя не путался под ногами, не гадил, не мешал и в случае чего послушал меня — это да, посильная задача. Для этого и надо явиться самому, сделать шаг навстречу, чтобы Антон Юрьевич уловил положительную тенденцию.

Заглянул к себе, переоделся в чистое и то, что поприличнее, да отправился на пятый этаж. Открыла мне служанка.

— Сергей Владиславович? — удивилась она.

— Привет, Таисия. Я не поздно? Семья уже закончила ужинать?

— Заканчивают, господин. Проходите, я сообщу о вашем приходе.

— Буду признателен.

Надо же. Уже не левый хрен, а Сергей Владиславович. Если прислуга ко мне отношение изменила, значит, и в рамках семейства статус претерпел трансформации. Вряд ли Таисии кто-то дал указания обращаться ко мне именно так. Скорее, она слышала, о чём говорят, и сделала выводы. Я разулся и прошёл за ней следом. Ступил в гостиную как раз в тот момент, когда она сообщила, кто пришёл. Это наглость, что я так сам заглянул, но раз уж это родственники, то формально можно.