— Ох, да, конечно, проходите, — и она автоматически оторвала корешки от билетов, так и не взглянув на наши имена. — Наверное, это непросто быть старшим сыном клана, и следить за младшими, особенно когда не такая уж и большая разница в возрасте.

Вот тут мы с Ромкой весьма синхронно закашлялись. Да так, что у меня слёзы на глаза навернулись. Хорошо, что я ничего не пил и не ел в это время. Ничего себе, учись, Андрей, как надо девушек одним взглядом обольщать. Это называется — опыт.

— Оксана, такого комплимента мне уже да-а-а-вно никто не говорил, — отец совершенно искренне улыбнулся, приложив руку к сердцу. А потом посмотрел на нас. — Успокоились? Пошли в купе, живо.

Поезд тронулся. Отец решил, что одну ночь можно и потерпеть, поэтому Рыжов приобрёл билеты в одном купе для нас троих.

— Как нас отпустили без охраны? — спросил Ромка, бросая сумку на пол и ногой запихивая её под сиденье.

— Лучше не спрашивай, — отец покачал головой и протёр лицо. — Мне пришлось выдержать бой с Егором и Матвеем, когда я озвучил своё решение.

— А вообще, обидно, — я поставил локти на столик. — То, что ты выглядишь хорошо, это давно всеми признанный факт. Но, насколько же мы с Ромкой выглядим плохо, если нас приняли чуть ли не за ровесников?

— Не обращай внимания. — Отец закрыл глаза и откинулся на сиденье.

— Знаешь, на это трудно не обращать внимания, — Ромка растянулся на диване у меня за спиной. — Особенно когда молодые девушки начинают заигрывать с тобой, а мы так справа сбоку. Чёрт, эта куколка даже не сообразила, что мы с Андрюхой близнецы, — он заржал и уткнулся в подушку.

— И это, несмотря на то что Щукин уверен, что мы красивее тебя, — я смотрел на отца в упор, но тот только посмеивался над нами.

— Кстати, о Щукине. Мне позвонила Люсинда и попросила сдать вас в аренду. — Небрежно заметил он.

— И ты…

— И я дал предварительное согласие. — Отец взлохматил волосы и улыбнулся той самой фирменной Орловской улыбкой, которая так подействовала на проводницу. — Мне невзначай напомнили, как я сам в своё время бесстыдно продал Кристаллу Ушакова, так что, да я согласился. Но, нет худа без добра, теперь у них будут ваши мерки и вас будут полностью обеспечивать одеждой. Условие одно, чтобы вы эту одежду носили.

— Это звучит так, словно ты пытаешься на нас экономить, — я прищурился, а отец только негромко рассмеялся.

Некоторое время мы ехали молча. За окном становилось всё темнее, а потом в окно заглянула яркая луна.

— Никогда не устану ею любоваться, — проговорил отец, глядя на тёмное небо за стеклом. — Всегда, когда я еду к месту силы, я вижу её, словно она меня приветствует. Это было первым, что увидел, когда… — он запнулся, а потом продолжил. — Когда я осознал себя и стал тем, кем сейчас являюсь.