Мы прилетели в Тулон в обед. Выйдя из самолёта в ангаре, куда он зарулил сразу, как только приземлился, я огляделся по сторонам. Рядом со мной с трапа спрыгнул Ромка.

— Похоже, понятие «обед» распространяется на всех, включая встречающих, — громко сказал он, также как и я, осматривая пустое помещение. — Или нас постигла судьба Вольфов и встречающие перепутали место встречи?

— Или дядя Витя вообще никого не успел организовать, — я, в отличие от Ромки, говорил тихо. — Или же они договорились с отцом, что инкогнито — это инкогнито, и мы должны добираться, куда нам надо попасть, сами, как сумеем.

— Вот только нас они в этом случае забыли предупредить, — в голосе Ромки появилась изрядная доля скепсиса.

У меня зазвонил телефон, я показал Ромке, кто звонит, и отошёл в сторону. Брат же достал свою трубку и принялся набирать чей-то номер, чтобы выяснить, почему нас никто не встречает. Я тем временем поднёс трубку к уху.

— Да, Вова, что у вас? — спросил я сразу у звонящего Вольфа.

— Вы когда приедете? — ответил мне вопросом на вопрос Вовка.

— Я не знаю. Мы с Ромкой уже в Содружестве, но когда мы сможем добраться до вас, это хороший вопрос. Нас отправили в Тулон, чтобы кое-что выяснить. Для остальных ничего не меняется, так что скоро будете дружную толпу встречать под командованием Ушакова. В основном, толпу девчонок, если хорошо разобраться.

— Ушаков — это хорошо, — задумчиво проговорил Вольф. — А Ушаков вместе с Костей Устиновым — это ещё лучше.

— Что случилось? — спросил я, глядя в стену ангара.

— Я тут нашёл пару документов… В общем, это платёжные поручения на довольно крупные суммы, переданные в ответ на запросы. Скорее всего, есть что-то ещё, но даже то, что я нашёл, заставляет меня напрячься.

— Мы предполагали, что на предприятии крупная растрата, — напомнил я Вовке.

— Да, предполагали, — ответил он язвительно. — Вот только мы не предполагали, что тут, похоже, чего только не намешано. Например, знаешь, кто составил запрос на изъятие части средств и перевод их в какой-то Марсельский банк?

— И кто же? — я почувствовал, как начинает болеть голова. Мы сами виноваты. Надо было раньше заняться этим предприятием и поместьем. Они пятнадцать лет практически без контроля жили, так что я даже не представляю, что мы в итоге обнаружим.

— Мой отец, Андрей. — Я распахнул глаза, которые успел прикрыть, чтобы немного уменьшить головную боль. — И, кажется, что здесь есть не только сомнительные переводы, но и изъятие наличности. Вот поэтому я и спрашиваю, когда вы приедете. Пока не буду слишком глубоко лезть, я не самоубийца. А вот когда Стёпка с Костей будут нас прикрывать, тогда и тряхнём как следует этот гадюшник. — Он замолчал, а потом довольно нерешительно добавил: — Знаешь, у меня складывается впечатление, что управляющий клан в этих махинациях использовали втёмную. Иначе зачем кому-то подделывать подпись Юрия Вольфа?