Дзынь, кто-то тронул вилкой бокал с водой, и негромкий, в общем-то, звук, прозвучал набатом.
— Извините, — раздался тут же женский голос.
На хорошенькую блондинку посмотрели все, находящиеся в зале люди, даже Давид, вышедший из кухни, чтобы послушать стариков. Она нервно улыбнулась и спрятала руки под стол. Тогда все головы снова повернулись к аксакалу, и он продолжил.
— Когда-то давно, было принято дарить правителям этой благословенной земли лошадей. Самых лучших скакунов, достойных нести на своей спине сыновей Орла. — Старик на мгновение задумался. — Сейчас другие времена. Но мы стараемся соблюдать традиции и преподносим вам, Андрей Константинович, прекрасного железного коня. Машина-зверь рвёт из-под себя. А ваша женщина так вцепится в вас, что её никто не сможет оторвать. — И он протянул мне ключи от мотоцикла.
— Благодарю вас, это честь для меня, — я вышел и принял подарок. — Каждый раз, садясь на него, я буду вас вспоминать.
— Это мы вас благодарим, Андрей Константинович. — И они все вместе повернулись к выходу в высоко поднятыми головами.
— Андрюха — это признание, — ко мне подошёл Вовка и похлопал по плечу. — Вот до марины на этом подаренном коне и доедешь, чтобы все видели, что ты оценил подарок. Если это тот самый мотоцикл, который проверяла охрана, то я тебе, если честно, завидую.
— Это всё хорошо, но зачем мне ехать до марины? — я рассматривал ключи, пытаясь осознать, что произошло.
— Чтобы на яхту загрузиться, для чего же ещё? — Вовка закатил глаза. — Ты что, думаешь, мы сюда приехали, чтобы на Машку с Костей полюбоваться? Сейчас вы шорты купальные возьмёте и поедем кататься. Заберём остальных и выйдем в море. Заодно в себя окончательно придёте.
На солнце меня разморило, и буквально растёкся по шезлонгу.
— Смотри, обгоришь, — Ольга села на соседний шезлонг, и я скосил на неё глаза.
— А разве ты не будешь смазывать мои солнечные ожоги какой-нибудь вонючей мазью? — повернувшись набок, я теперь рассматривал её, не рискуя заработать косоглазие. Она вздохнула и набросила на плечи полупрозрачную тряпку. Кажется, эта штука называется парео. — Так как, будешь меня лечить?
— Андрей, ты меня сейчас на что-то провоцируешь? — спросила Ольга, оглядывая моё тело.
— Я бы с удовольствием тебя спровоцировал на всё что угодно, но это будет плохая идея. — Положив голову на согнутую руку, прикрыл глаза. — Я не обгораю на солнце. Загар сразу схватывается и всегда очень ровный.
— Но ты же блондин, — в голосе Ольги послышалось возмущение.
— Удивительно, правда?
— Это несправедливо, — буркнула Ольга и встала. Я это понял, потому что почувствовал, как на меня упала тень.