Вообще, живя в поселении некоторое время и с помощью теневого шпиона вызнавая внутреннюю подноготную Кагуя, Хисато хотелось хвататься за голову — если кардинально не менять сложившуюся ситуацию уже сейчас, то само существование клана под вопросом уже в ближайшие пять-десять лет и умостив свою задницу на трон главы, канпеки нингё придется пахать как рабу на галерах, чтобы хоть как-то поправить положение и иметь в будущей Киригакуре хоть какую-то силу за спиной, а не жалкие остатки некогда грозного клана.
Ладно текущее поколение, их можно только убить, нежели как-то перевоспитать, но на количество детей у Кагуя нельзя смотреть без слез — всего девять-десять процентов от общего населения, хотя должно быть в несколько раз больше! Учитывая, что сношались идиоты не меньше обычного для типичных ниндзя, не утруждая себя всякими предохранениями, сам собой напрашивался очевидный вывод — феноменально высокая смертность маленьких детей, не обладавших живучестью взрослых. С этим тоже придется что-то делать, а на весь клан имеется только один единственный ирьёнин третьей степени — пожилая женщина, не пробудившая кеккей генкай и вообще непонятно как дожившая до такого возраста, не обладая большой силой.
Теории теориями, а сам Хисато не далее, как позавчера вломил идиоту, что почти забил до смерти парнишку лет десяти за какой-то проступок, и никто из окружавших даже не почесался хоть что-то сделать против обладателя кеккей генкая. Сила решает все. Собственно, данный инцидент заставил канпеки нингё задуматься — а так ли уж разумен его план внедрения в Кровавый Туман с высоким статусом, когда рост личной силы способен привести к не менее подходящему результату и без огромного багажа маньяков за спиной, что необходимо тянуть за собой и приводить в относительно цивилизованный вид. Если это вообще возможно без вырезания под корень большей части населения. Но это дело будущего, сейчас же необходимо выиграть последний бой.
— Я пошел, — махнув рукой домашним, к которым за прошедшее время даже немного привязался, Хисато развернулся и не торопясь двинулся к главной площади на территории клана, по совместительству, игравшей роль дуэльной площадки.
Не обращая внимание на любопытные и предвкушающие взгляды, приправленные толикой страха от остальных жителей кланового поселения, устремившихся туда же, канпеки нингё принялся наращивать на тело костяную броню, как снаружи, так и внутри. Используя опыт проведенных боев, он вполне смог модифицировать и улучшить подкожные слои в сторону большей функциональности, практически сведя на нет различные недочеты, вроде заметности со стороны или уменьшения подвижности и гибкости тела в ущерб защите.