Блин, перепугала меня ещё так…
«Надо умыться. Вхух…», — протяжно выдыхаю, пытаясь успокоиться.
Я иду в туалет, включаю воду и устало опираюсь руками о раковину, смотря в зеркало. Умываюсь. Снова смотрю в зеркало.
И тут мой аномальный взгляд цепляется за то, что обычным я бы никогда не увидел. Стакан. А в нём… что это, градусник?
Я аккуратно его поднимаю и смотрю на градусы. Там их не было. Только… две страшные полоски.
— М-мам… м-мама. Мамочка! — у меня задрожали руки, голос, я выбежал со всех ног, со слезами на глазах размахивая градусником, — МАМАААА!
Я кричал! Я боялся! Я был готов разреветься! Я прибежал к ней со слезами и соплями!
— МАМА, У ТЕБЯ КОВИД⁈
— Там кто-то есть? Как он туда попал⁈ — я прищурил один глаз и выпучил второй, глядя маме в живот, — Э, сестрёнка, а ну вылазь, ты чё там забыла… там же скучно. Уж я-то знаю.
— Ох, ё-моё. Ох, б*я-я-я-я, — отец же в выражениях не сдерживался, несмотря на двух детей в комнате, — Аня, и как давно ты об этом знала⁈
— Ну… подозревала уже как недели две…
— И ты ничего не сказала⁈
— Марк… — вздохнула она, — Ну ты правда думал, что я несколько раз в неделю травлюсь роллами?
— Ну да! — махнул он руками, — Ты их каждый день ешь! Как деньги появились, ты только роллами да цезарями питаешься! Только недавно всё экзотичнее и экзотичнее вкусы и соусы выбирала. Ну может… не знаю… бифидобактерий не достаёт!
— Ну вот я тоже так думала, — вздохнула она и, улыбнувшись, погладила действительно слегка увеличенный живот, — Сегодня тест сделала. Только Миша… руками его брать не следовало бы…
— Ох, ё-ё-ё-ё… — батя снова схватился за голову, — Второй ребёнок… второй… наш ребёнок…
И не в силах держать эмоции, просто заходил по кругу как заведённый болванчик, что-то приговаривая то на русском, то на немецком, то на английском. Мысли и языки в его голове перемешались, а потому на что-то вразумительное он сейчас был не способен.
Мама же за этим внимательно наблюдала и эмоции на её лице понять я не мог.
Когда я чуть не разревелся, боясь, что у мамы ковид и она болеет, она поспешила объяснить ЧТО это за градусник такой. И в процессе, как у меня увеличивались глаза от шока, появился отец попавший ровно на характерную финальную фразу: «Я беременна, сынок».
Мама… беременна.
Мама. Беременна.
МАМА БЕРЕМЕННА! Это не ковид! Это сиквел карапуза!
И когда все пазлы сошлись, я сразу же начал вспоминать и курсы целительства, и здравый смысл. Я понял и почему мать такая эмоциональная, и зачем она огурец с кетчупом попробовала, ну и почему ей нездоровится уже как несколько недель. Из-за скачущих гормонов женщины становятся ещё непонятнее. Хотя куда больше-то⁈