— Ты слишком чистая для душа, это надо сначала исправить, а потом уже и смывать.
— Макс, не шали. Время поджимает. Я могу опоздать.
— А мы быстро всё сделаем, и везде успеем. Включаем винты, мы взлетаем, — слишком радостно сообщает он и впивается в мои губы.
Одна его рука сгребает две мои руки и запрокидывает за голову, а вторая ныряет под резинку домашних шортиков и сразу же опускается к заветной мягкой плоти, которая этой ночью горела от его касаний, губ и языка.
Поцелуй мгновенно перерастает в сумасшедший. Как Максим и сказал, времени нет на игры, хотя мне кажется, нам каждый раз всё мало. Особенно ему. Да что я приуменьшаю собственное желание. Мне тоже мало его.
После моего первого настоящего и удачного минета я делала Максу ещё два. Дунай смеётся, что вошла во вкус. А на мой гневный взгляд Дунай отвечает, что ничего не имеет против. Ему всё нравится. Да и мне, если честно. Каждый его стон и затуманенные глаза от удовольствия — это будто маленькая моя личная победа. От такого отказаться невозможно. Да и желания отказываться нет.
После череды его наглых и быстрых ласкательных касаний к моему мокрому входу он стягивает шорты вниз и пристраивается почти сразу. Руки сверху так и не отпускает. Доминирует сейчас. Жадничает. Всё хочет сам. Но старается для двоих, и мне теперь это важно. Это многое объясняет в отношениях, в тех самых, где есть равноправие и взаимность.
Толчки выходят резкие и быстрые. Он прижимает меня своим телом и целует до головокружения. А у меня закрыты глаза, но ловить разноцветные блики это не мешает.
— Покричи для меня, — шепчет в губы и, схватив нижнюю, оттягивает. Я и до этого стонала, но правда тихо. Толчки усиливаются, напор его тоже, а вместе с этим и волна моего удовольствия.
— Да... Максим-м... Ещё, да, — кричу я чуть громче. Но на часах шесть утра, и в голове всё равно проскакивают мысли о соседях. Они же, наверное, ещё спят, а тут мы с голодухи друг от друга отлипнуть не можем. — Ещё... Да-а-а-а, — в последний момент даже стыд отступает перед его напором. Потому что краснеть я буду позже, а хорошо мне сейчас.
Максим хватается руками за бёдра, закидывает ноги себе на плечи и в ещё более сумасшедшем ритме врывается в моё тело. Я ещё окончательно не успеваю отойти от оргазма, приятные волны расходятся по телу, а на лице появляется улыбка. Я приоткрываю глаза и смотрю на своего мужчину. Красивого, раз в двадцать красивее сейчас, чем обычно. На лбу капли пота, сосредоточен не меньше, чем когда стихи на уроке читал. Губы широко приоткрыты, а глаза то и дело прикрываются. Пока он резко не выныривает из меня и не кончает на живот. Пальцы впиваются в бёдра, а глаза широко открываются, чтобы впиться в меня. А потом и он улыбается. Падает на меня и растирает сперму руками.