Витька поднял на меня красные, невыспавшиеся глаза.

— На чем, Гена? На этих дровах? — он уныло кивнул в угол, где сиротливо притулилась моя акустическая ленинградская гитара, купленная за сущие копейки. — Электричества нет, звука нормального нет, барабанов нет… Смех один выйдет, а не рок.

— Отставить панику, рядовой Мальцев! — рявкнул я так, что Шуруп рефлекторно вытянул руки по швам. — Мы сделаем электрогитару. Сами. И усилитель тоже спаяем. Из того, что найдем.

В своей прошлой жизни, которая навсегда осталась в далеком, сгоревшем в огне 2026 году, я на пенсии любил на досуге поковыряться с электроникой. Хобби такое было, нервы успокаивало. Да и инженерный, армейский опыт за плечами имелся богатый. План в моей голове созрел мгновенно, оставалось только добыть ресурсы.

В качестве донора для корпуса будущей гитары мы использовали толстую столешницу от старой парты из цельного массива дерева. Эту парту я под покровом сумерек очень ловко и без шума «экспроприировал» из подсобки актового зала — все равно она там стояла со сломанной ножкой. Гриф с колками свинтили с разбитой чешской гитары, которая годами пылилась в каморке у нашего вечно пьяненького завхоза.

Но деревяшка — это только основа. Для звукоснимателей позарез нужны были магниты и километры тончайшей медной проволоки. За этим стратегическим сырьем я отправился к Вахтангу.

А что? Он же сам сказал, что могу к нему обращаться по любому поводу. Так вот, мне кажется, что повод настал. Тем более, что его сынишка умел играть на барабанах, а выступление перед мало-мальски значимым руководством уже шажок к уверенности в себе.

Вот я и направил свои стопы в сторону плодоовощной базы. А что? Куда идти ещё, если не к тому, у кого есть связи и кто может достать нужные мне вещи?

Плодоовощная база встретила меня густым, сшибающим с ног ароматом подгнившей капусты, свежих огурцов и выхлопных газов. Грузчики в синих халатах суетились, как муравьи, таская тяжеленные деревянные ящики, смачно матерились сквозь зубы, а над всем этим великолепием развитого социализма незримо витал дух всемогущего блата и дефицита.

Я уверенно миновал проходную, бросив вахтеру короткое: «Я к директору», и поднялся на второй этаж административного здания. Дверь с табличкой «В. Ш. Гогичашвили» открыл по-хозяйски, без стука — как мы с ним и договаривались.

Кабинет Вахтанга Шавловича был обставлен с поистине восточным размахом: массивный дубовый стол, кожаный диван, на котором можно было с комфортом разместить отделение солдат в полной выкладке, и пузатый фикус в кадке. Сам хозяин сидел в кресле, говорил по двум телефонам одновременно, но, завидев меня, тут же бросил обе трубки на рычаги.