Она трещала и плавилась, однако отражала одну атаку за другой.
— Сегеттетх! Сегеттетх! Сегеттетх! — повторял я слово-активатор, посылая одну стену огня за другой. Увы, у этих книг имелось значительное ограничение. Я не мог послать больше десятка стен пламени подряд. Затем или перезарядка заклинания… Или нужно платить собственной кровью.
Кровью платить я не собирался. Так что, когда в противника отправилась последняя, десятая, огненная стена, расколовшая в пыль уже четвертый выставленный им щит, я сам сорвался с места. Спрятав книгу в подпространство, я взлетел, выставив вперед обе руки, и спокойно произнес:
— Сфера Антимагии!
И вся та мана, огромное количество которой рассеялось вокруг из разрушенных ледяных защит и рассеянных ими стен Пламени Хаоса, обернулась в черную, почти непроницаемую сферу. Это моя любимая сторона Аспекта Небытия — возможность уничтожать не только вещество, но и саму магию.
— Выпусти меня! Я дворянин и подданный Его Величества! — высокомерно процедил заключенный в полупрозрачную сферу мужчина. Он сохранял хладнокровие, как это и свойственно Адептам Воды с уклоном в лед. Но то, что он почти не может колдовать, его явно удивило.
И теперь, придя в себя после довольно болезненного падения, он сразу начал качать права. Впрочем, делал он это как-то рассеянно, словно на автомате.
— Все мы здесь подданные Его Величества! — ответил я, потирая ушибленные ребра. На самом деле, два ребра все-таки сломались. Но я предпочел потратить еще часть маны на их заживление. И теперь от переломов остались лишь очень болезненные синяки. — Но подданные Императора, кажется, не должны пытаться друг друга прикончить?
Маг лишь молча смотрел на меня. Я не могу держать эту сферу бесконечно — и даже очень долго не могу. Не хватит собственной маны. И противник не может этого не понимать. Как и того, что живым его оставлять нет никакого смысла.
Так что теперь он просто выжидал, пока у меня кончатся силы. Только вот я ждать этого не собирался.
— Нуууу, раз ты не планируешь отвечать, значит ты мне бесполезен. — протянул я, отслеживая эмоции пленника. — Следовательно, больше толку будет, если я на тебе немного потренируюсь.
С этими словами я крутанул кистью правой руки, к которой и была привязана моя Сфера. И тюрьму мага стала заполнять разреженная отрицательная энергия. Своеобразный газ или пылевая взвесь, понемногу разрушающая всё, с чем сталкивается.
Увы, пока степень моей синхронизации с новым телом позволяла действовать лишь сообразно склонностям прежнего Дмитрия. То есть, разрушать всякими разными способами. Был бы он хаотиком, я бы вообще пока не был бы способен ни на что, кроме как метать в противников тонны отрицательной маны. Но склонность барона к Порядку позволила мне сотворять какие-никакие устойчивые структуры. Как, скажем, вот эту сферу.