— Так вот зачем вся эта показательная казнь… Ты специально устроил сбор пленных на открытом месте, чтобы выманить некроманта?

Я не ответил, лишь качнул головой. Он понял всё и не стал дальше спорить. Повернулся, молча пошёл раздавать приказы по сбору убитых и раненых.

А я, присев на обломок старого парапета, пытался успокоить сердце. Ладыжин стоял рядом, всё ещё сжимая рукой свою рану, и смотрел на меня с усмешкой:

— Прямо скажем, рискованная тактика. Как ты понял, что он появится?

— Когда они превратились, стало понятно, что это не подсадные утки, а его эксперимент, который мы нарушили своим появлением. Заражённые живые были ему нужны для изучения и дальнейшего заражения всего города. Так что он был просто обязан их вызволить.

— И это сработало, — усмехнулся Ладыжин. Что это у него во взгляде? Неужели восхищение? Мелькнуло и тут же пропало.

— Сработало, — подтвердил я, поднимаясь на ноги. — Но не без потерь.

— Их бы не было, если бы ты сразу рассказал о своём плане, — выразительно поднял бровь Ладыжин.

— Стану так делать, как только начну тебе полностью доверять, — мотнул головой я.

Мне показались или у него в глазах мелькнуло сожаление?

Вокруг действительно лежали тела — к сожалению, несколько человек погибли, кто-то был сильно ранен. Но главная цель достигнута: мы поймали главного кукловода. Теперь, надеюсь, удастся выведать, как он обращал живых в экзоркантов и где ещё могут быть его заготовленные сюрпризы. Да и сам город без активного некроманта станет чуточку безопасней.

Я повернулся к заложникам, которые всё ещё сидели в кузове первого грузовика, глядя на меня испуганно. Никто из них не выдавал радостных криков — люди были просто раздавлены шоком. Но они спасены. А этого мне хватало, чтобы почувствовать лёгкое облегчение на душе: одной катастрофой меньше.

Мы возвращались на базу, таща некроманта с собой, и это был особенно мерзкий трофей. Я сидел в броневике рядом с ним, время от времени покосившись на этого ублюдка, чтобы убедиться, что наручники всё ещё плотно сжимают его запястья и не дают ни малейшего шанса колдовать. Он не проронил ни слова за всю дорогу, только иногда приподнимал голову и смотрел на нас исподлобья, словно высматривал, кто из нас более уязвим.

Броневик остановился во дворе ангара, как только мы добрались обратно. Я толкнул дверь и спрыгнул вниз, чувствуя, как промокшая земля неприятно хлюпает под ногами. В воздухе всё ещё висел запах мокрой пыли, гари и старого, застоялого тлена.

— Выгружайте его, — скомандовал я, обернувшись к своим. В ответ получил короткие кивки. Ребята понимали, что шутки закончились, а любой неверный шаг может стоить нам слишком дорого.