Но отказаться я не успел, потому что за меня и так все решили.
— Руки убери! Я тебе сейчас покажу наставник! — Сначала я услышал возмущенный женский крик, а только потом — звяканье колокольчика и испуганное ойканье Моси. — Руки! Я сказала, руки убери!
Наверняка кто-то от подобной картины мог бы испытать недоумение, а вот я почему-то почувствовал исключительно энтузиазм и море удовольствия.
Нет, вы сами подумайте. Когда еще можно вживую увидеть, как кто-то орет на целого полковника ФСБ? И это я еще молчу о том, что дверь в аптеку не просто открыли, а прямо-таки снесли то ли плечом, то ли пинком ноги. Дверное полотно буквально застонало от боли и неуважительного отношения. Я ожидал увидеть амбала с плечами «косая сажень», но вместо этого на пороге показалась женщина лет пятидесяти.
Не очень высокая, примерно метр семьдесят, плотного телосложения, со стрижкой под мальчика и взглядом, рождающим ассоциации с рентгеновским аппаратом. Грубые синие джинсы и клетчатая рубашка вообще напоминали костюм канадского лесоруба, но сильно сомневаюсь, что кто-то в ясном уме и трезвой памяти мог заявить что-то подобное.
— Эдуард! — рявкнула неизвестная пока что мне особа. — Руки убери от мальчика! Ты какого лешего вообще здесь забыл? Это Целитель, у тебя нет над ним власти!
— Надежда Владимировна, здравствуйте! — расплылся в улыбке полковник. — Как же я рад вас видеть! Выглядите просто восхитительно!
— Ты мне зубы не заговаривай! — Женщина оперлась рукой о стойку аптеки и изо всех сил пыталась отдышаться. — Отойди от мальчика, пока я не разозлилась!
— Здравствуйте, милейшая и добрейшая Надежда Владимировна, — чуть ли не пропел Мося, подходя к женщине с небольшой табуреткой в руках. — Может быть, присядете? Устали с дороги? Чайку не желаете? На алтайских травах, сам лично недавно заварил.
— Я тебе сейчас за шиворот эту бурду вылью, а потом еще и на ожог плюну с удовольствием, — даже не поворачивая головы, ответила женщина. — Тебе что, зубастый, давно клыки напильником не рихтовали? Я, кажется, тебе русским языком сказала, что скоро приеду. Ты зачем господину полковнику позвонил? Уши давно не чистил? Так я тебе это быстро организую! Клизму двухведерную поставлю, а затем еще и ершиком пройдусь во избежание будущих эксцессов.
— Надежда Владимировна, — заканючил Мося, — а какие у меня варианты были? Вы же сами знаете, что у меня никаких прав, одни обязательства. И защитить меня попросту некому. Все так и норовят обидеть бедного Мосю, который пытается всего лишь немного заработать на достойное питание! Надежда Владимировна, я же вам первой позвонил. Честное слово!