— Не переживайте, — мягко сказал я, заметив её беспокойство. — Если с его здоровьем что-то случится, тут же сработает сигнал тревоги. Мы в реанимации, всё под контролем.

— Верно, — прошептала она, стараясь убедить саму себя.

Ольга села напротив меня. В её глазах отражалась целая гамма эмоций — от вины до беспокойства.

— Доктор, прошу прощения за всё, что мой отец наговорил, — заговорила она первой. — Он порой бывает резок.

Посмотрел на неё, пытаясь поймать её взгляд.

— Ваши извинения мне не нужны, — ответил я с лёгким вздохом. — Вы ни в чём не виноваты. А нацистов я не прощаю, знаешь ли.

Её губы дрогнули, словно она хотела что-то добавить, но в этот момент в комнату вошла медсестра, прерывая наше напряжённое молчание.

— Может быть вам принести кофе? — её голос прозвучал словно музыка на фоне наших мыслей.

— Мне один, спасибо. Ночь только началась, — сказал я, спокойно улыбаясь.

— И мне, — поспешно добавила Ольга. Её голос дрогнул, и она быстро сменила тему: — Как мне вас называть?

— Григорий, — коротко ответил я, не видя смысла вдаваться в подробности.

— Григорий? — переспросила она, будто пытаясь понять, скрывается ли за этим именем что-то большее.

— Ага. Просто Григорий.

Она слегка кивнула, явно не удовлетворённая моими ответами, но продолжать расспросы не решилась.

— Вы работаете в больнице? Или частный врач? — её голос всё же выдал любопытство, которое она пыталась подавить.

— Нет, я без лицензии, — усмехнулся, наслаждаясь её растерянностью.

Ольга не стала развивать тему. Видимо, её сейчас больше заботило здоровье отца, чем моя личность.

В больнице на тринадцатом этаже было оживлённо. Там собрались важные шишки: главврач, директор больничного комитета и даже два крутых доктора, включая Хинкельштейна.

Заведующий отделением кардиологии, держал в руках отчёт о последнем осмотре и говорил с удивлением:

— Чудо, настоящее чудо! Согласно предыдущему отчёту, у пациента был атеросклероз коронарной артерии, из-за которого артериальная стенка стала толще и жёстче, а просвет сосудов сузился. Повреждения были в крупных и средних артериях, и они почти привели к закупорке артерии, из-за чего могли начаться проблемы с сердцем. Теперь симптомы атеросклероза исчезли. Хотя болезнь не вылечена, состояние пациента под контролем, и ему ничего не угрожает.

Директор мало что понял, но всё равно заинтересовался:

— Парень, получается, реально умеет?

— Да, такого еще не видел, — ответил зав. кардиологии.

Он был крутым хирургом. Он не стал мстить Григорию за то, что тот спас пациента, а вместо этого похвалил его.