Бродов ощутил, как его сердце пропустило удар. Он думал, что худшее уже позади, но теперь казалось, что всё только начиналось.

— Неважно, сколько это стоит, — с отчаянием сказал он, хватаясь за любую надежду. — Я заплачу всё, что нужно. Пожалуйста, спасите мою дочь.

Доктор Флора вдруг слегка нахмурилась, как будто обдумывая что-то. Она подошла ближе к нему, понизив голос.

— Я не могу… Но есть один человек, который, возможно, сможет помочь, — сказала она тихо, глядя на Бродова.

— Кто? Где он? — спросил Бродов, прищурившись от внезапного проблеска надежды.

— Парень, который был с вами раньше. Его зовут Григорий, верно?

Имя всколыхнуло в памяти Бродова смутное воспоминание. Григорий… Тот странный человек, с которым он пересекался недавно.

— Он сможет? — спросил Бродов, в его голосе звучала слабая искорка надежды.

— Возможно. Спросите его. Если он захочет, может быть шанс.

Бродов замер, переваривая услышанное. Он не верил, что этот таинственный человек может что-то сделать, но…

Бродов резко поднялся. Если был хоть один шанс спасти дочь, он должен попробовать.

— Я найду его, — твёрдо сказал он, уже начиная поворачиваться к выходу.

— Подождите, — остановила его доктор Флора, снова перешедшая на полушёпот. — Не говорите ему, что я рассказала.

Бродов остановился и повернулся к ней, нахмурившись.

— Почему? — спросил он с удивлением.

Доктор вздохнула, опуская глаза.

— У нас с ним… сложные отношения. Если он узнает, что это я подсказала, он может просто отказать. Понимаете?

Бродов коротко кивнул, не задавая больше вопросов. Он просто должен верить.

— Понял. Спасибо, доктор.

Я оказался в замке Черныша. Этот парень всегда сидел в своей лаборатории, когда был дома.

— Черныш, я тут встретил души матери и дочери. Они живы, но их души каким-то чудом показались мне. Что за фигня? — спросил я, не особо напрягаясь, но с интересом.

— Это живые души, — ответил он, не отрываясь от своих склянок. — Когда теряют сознание, такое бывает. Вариантов много: сильная воля, страх смерти, незаконченные дела.

Я кивнул, будто бы все понял.

— Девочка вытворяет крутые трюки. Перемещает вещи, — усмехнулся я.

— О? — он, наконец, посмотрел на меня. — Это духовные способности.

— Таланты, говоришь? Экстрасенс?

— Именно. И у тебя они есть.

Я прищурился:

— У меня?

— Типа того, — пожал он плечами.

— «Типа того»? — переспросил я, ухмыляясь.

— Экстрасенсы болтают только с душами. Демонов они даже не видят. А ты можешь приказывать демонам, когда захочешь.

Я хмыкнул, потянувшись:

— Ну, ясное дело, что я круче.

— Если это не пройдет — девчонка останется в коме навсегда, — продолжил Черныш.