— Чисто!

На одно лишь его голословное заявление опера не полагались и неизменно проверяли помещения, то просто распахивая незапертые двери, то подбирая нужный ключ из невесть где раздобытой связки. Иногда, выходя обратно, они оставляли за собой на полу кровавые отметины следов.

Я велел пирокинетикам возвращаться на второй этаж, а сам рванул в вестибюль. В освещённом сиянием шаровой молнии помещении оказалось неожиданно многолюдно, там явно собралось большинство переживших нападение пограничников. Столы были перевёрнуты, окна выбиты, стены исклёваны пулями. Я огляделся и решил, что до своего обнаружения убийцы успели зачистить только одно крыло, а в вестибюле наткнулись на сбежавшихся туда по тревоге караульных и жильцов первого этажа из числа обер-офицеров пограничного корпуса. На полу лежало с десяток тел, среди них обнаружилось три фигуры во всём чёрном. Одному убийце удар невероятной силы сплющил грудную клетку, другой поймал пяток пуль в спину, последнему свернули шею. Не иначе коротышка сошёлся в рукопашной с Матвеем Пахотой, за что и поплатился.

Сам Матвей, к моему величайшему облегчению, схватку пережил. Сейчас ему накладывали повязки на посечённые ударами катан плечи и руки. Кровь текла ручьём, но большинство ран выглядели неглубокими порезами; обошлось без серьёзных увечий.

— Их пули не берут! — разорялся перезаряжавший револьвер комендант. — Я ни разу не промахнулся! Ни разу! Пули из ран выталкивало! Сам видел!

На его крики никто внимания не обращал; одни оказывали первую помощь раненым, другие заняли позиции у окон. Два бойца с винтовками замерли у парадной двери, а пять или шесть человек готовились выйти во двор.

— Начали! — дала отмашку глава откомандированных в Зимск аналитиков, и расположившиеся рядом с окнами бойцы отлипли от простенков, взяли оружие наизготовку.

Дамочка бесстрашно шагнула за порог и сразу вынула из воздуха длинную стальную стрелу, едва не пронзившую ей глаз. Стандартный кинетический экран оказался пробит той на раз, спасла дамочку невероятная реакция вкупе с полноценным ясновидением.

Прятавшаяся до того в тёмном углу тень взлетела на крышу пристроя и стремительно понеслась по ней, намереваясь сигануть на улицу. Никто ни пальнуть вдогонку не успел, ни молнией беглеца приложить, так и ушёл бы, если б пространственное искажение не перехватило его и не заставило расплескаться кровью. Тень покатилась вниз по скату и рухнула на землю, обернулась обезглавленным телом.

— Чисто! — объявила дамочка, отступая назад.

На улице стреляли, у вокзала вовсю грохотали пулемётные очереди, доносились приглушённые хлопки и с другого берега реки. Что творится в городе, было решительно непонятно, и принявший на себя командование Евгений Вихрь после проверки двора и подсобных помещений велел занимать круговую оборону.