- Всё в порядке? - спрашивает мама, заглядывая в комнату.

Я вздрагиваю и в панике отстраняюсь, чувствуя, как вспыхивают щёки.- Д-да! - отвечаю я запинаясь

Мама переводит взгляд с меня на Егора и обратно. Видимо, пытается понять, что между нами происходит.- Тогда идёмте ужинать, - в конце концов, произносит она и закрывает дверь. Мне отчего-то становится смешно. Егор тоже неловко улыбается. Я вдруг ловлю себя на мысли, что люблю его теперь немного сильнее, чем раньше. Как-то взрослее, что ли, осознавая, что он тоже неидеален. Мы с Егором проходим на кухню, и я будто возвращаюсь в прошлое. Здесь почти ничего не изменилось: тот же узкий проход между столом и буфетом, те же занавески с мелким цветочным узором, пропускающие мутный зимний свет, и знакомый скрип половиц под ногами.

Воздух наполнен запахом выпечки бабушка, конечно, снова пекла, даже несмотря на слабое здоровье.- А вот и наша Юленька..

Она сидит за столом, аккуратно сложа руки, и смотрит на меня внимательно. Я делаю шаг вперёд и чувствую, как внутри поднимается неловкость.

- Бабуль... - начинаю я и запинаюсь. - Прости, если я тебя напугала. Бабушка улыбается и тянется ко мне через стол, заботливо похлопывая по руке. Да что ты, девочка моя, - мягко говорит она. - Я всё понимаю. Хоть я и человек, но вижу, что ты уже совсем выросла омега. Вон, даже жених появился.

Слово «жених» звучит слишком нарочито. От него мурашки разбегаются по спине. Я смущённо опускаю взгляд. Чувствую, как щёки предательски вспыхивают. Егор рядом едва заметно улыбается. Его, похоже, совершенно устраивает новый статус, определённый бабушкой.

На самом деле мне хорошо. Я так сильно переживала из-за нашего разрыва с Егором, что теперь, несмотря на обиду, которая никуда не делась, во мне разливается огромное облегчение. Будто я долго держалась на воде из последних сил, а теперь, наконец, могу ступить на твердую землю. Следующие дни проходят в каком-то тихом счастье. В доме бабушки прошло моё раннее детство, и каждый уголок здесь связан с каким-то воспоминанием. Эта атмосфера помогает отвлечься от всего, что тревожило в последнее время. Мы с Егором проводим время вместе так, как раньше не могли - выполняя поручения мамы и бабушки, гуляя по первому снегу и целуясь украдкой.

Бабушка показывает Егору старые фотографии. Я сижу рядом и хочу провалиться сквозь пол. Вот тут Юлечке три годика, - говорит она с гордостью. - Она такая упрямая была - если придумает что-то, то не успокоится, пока не сделает.

- Она и сейчас такая, - смеётся Егор.

Смотрит то на фотографии, то на меня, и в его взгляде столько нежности, что моё сердце начинает биться быстрее. Я смеюсь сквозь слёзы. Эти чувства накрывают резко, как волна, и я не хочу им сопротивляться. Эти несколько дней кажутся сказочными. Будто я попала в место, где мир не требует ничего от меня, и где можно просто быть. И поэтому мне страшно думать о возвращении. О том, как придётся обьясняться с преподавателями, сдавать долги, снова входить в шумную, студенческую жизнь. От одной мысли об этом внутри становится тяжело. Егор замечает это.