— Вы правы. — Быстро взял себя в руки родитель, глубоко вздохнув три раза. — Знаете, я согласен, что у меня нет формальных оснований задавать вам вопросы. Но я могу поговорить с тем, кто это сделал? — Бюллоф-старший покрутил в воздухе пальцами. — Хочу просто пообщаться.

— Вы в своём уме? — удивление Воспитателю даже не пришлось имитировать. — Зачем это мне? И с какой целью, позвольте спросить?

— Да это не то, что вы подумали, — с досадой поморщился собеседник. — Вы же не думаете, что я…? Просто хочу посмотреть в глаза тому человеку, который находит в себе силы (осмеливается — перевёл для себя Леонид) идти против моего сына, ещё и в группе товарищей.

— Ну, оружие мы у него изъяли. — Педантично подчеркнул Леонид. — Я могу попытаться организовать ваш разговор, если он не будет возражать. Сразу оговоримся: принудить кадета я не могу.

На самом деле, кадета как раз бы мог, снова мелькнуло у Леонида. Но этот-то не кадет. И за место тут не держится. Но раз родитель так хочет… почему бы администрации Корпуса и не заработать копейку на внебюджетные счета. Которыми распоряжается Директор.

Отец Дэвида верно истолковал вопросительный взгляд Воспитателя:

— Сумма ежегодного добровольного сбора от нас в этом году будет удвоена. Перечислим, как обычно, на внебюджетные счета.

— Желательно до конца этой недели, — вежливо кивнул Леонид.

— Без проблем…

— Тогда у вас будет пятнадцать минут, в комнате для встреч в блоке Психолога. И на всякий случай: там стеклянные стены и работает видеозапись.

— Это не существенно, — нахмурился Бюллоф-старший. — Мы же не драться будем. Просто поговорим.

* * *

После окончания первого предмета мы с Ирмой собираемся в местную столовую.

— Только ты же там опять почти не будешь есть из-за свинины? — спохватывается она на половине дороги.

Успеваю только кивнуть в ответ. Собираюсь сказать, что это не проблема, но звонит её комм. Она отвечает, рассеянно кивает, отключается потом чуть удивлённо говорит мне:

— Старший Воспитатель звонил. Просил передать, что отец Дэвида здесь. Хочет говорить с тобой и, возможно, со мной. С тобой больше. Спрашивает, подойдёшь ли ты? Подойду ли я? Комната для встреч, на этаже Психолога.

— Согласна, что тебе там делать нечего? — спрашиваю откровенно и в лоб (в целях экономии времени).

— Пс-с-с, естественно, — фыркает Ирма.

— Ну тогда я схожу, пообщаюсь, — киваю. — В принципе, и сам хотел, а тут такая оказия. Не знаю, как надолго это всё затянется; какой у вас потом предмет? Где тебя искать?

— Во-о-он спортплощадка, — вытягивает руку Ирма. — Атлетика потом. Там будем. В женской раздевалке и в пищеблоке мне ничего не угрожает, — предвосхищает она мой вопрос, наклоняясь вперёд и легонько касаясь своим лбом моего лба. — Иди общайся.