По классу снова катится весёлый ропот. Продолжаю, перекрывая шум голосом:

— У нас учат быть дирижёрами и композиторами, если пользоваться этой аналогией. А у вас воспитывают идеальных, виртуозных, творчески преломляющих задание, находящих собственные нетривиальные путии с п о л н и т е л е й . Все прочие различия систем образования, как по мне вытекают из этой разницы.

Неожиданно в аудитории виснет звенящая тишина, которая лично меня выдёргивает из состояния эйфории.

Досадно, ведь так хорошо объяснил и подобрал иллюстрации.

Но кажется, я сказал что-то не то (и сходу не могу сообразить, что именно).

Педагог после моих слов явно излучает досаду (с моей искрой это чётко видно), потому пытаюсь сгладить момент:

— Можно ещё взять в разрезе предметов. Что-то у вас в разы лучше нашего, например, химия. Ваш уровень в этой области действительно запределен, как по мне. Если у вас в школе ТАКОЕ изучают… Лично я ничего не понял, — сознаюсь. — После ваших местных занятий по химии, начинаю понимать, почему в ЖонгГуо говорят, что у нас нет медицины.

— Дальше? — коротко кивает преподаватель.

— Есть просто сравнимые вещи, та же математика и физика. В какие-то предметы я не стал вникать, например, вваше видение истории и ввашу литературу: у нас и то, и то своё. От ваших весьма отличаются…

— А математика у вас откуда? — явно пытается поддеть меня блондин.

Интересно, а ему я когда на хвост наступил?

— Для начала, предлагаю вспомнить, откуда взялось само слово алгебра!

Прохожу к доске и пишу на ней:

اَلْجَبْر,

— Кто-то может прочесть? — естественно, смотрю на блондина. — Это читается«аль-джебр» , понятие из языка нашего Пророка. Ничего не напоминает по звучанию?

Блондин чуть краснеет, а аудитория снова хихикает, в этот раз вместе с преподавателем.

— На всякий случай, упреждая возможные вопросы. Насколько знаю, вашему алфавиту несколько сотен лет, никак не больше тысячи. А этому, — киваю на доску, — изрядно больше. Потому, кто первый ввёл понятие, ясно?..

* * *

— Резкое выступление, — тихо посмеивается Ирма, когда мы выходим с занятия. — Уверен, что оно того стоило?

— А какая разница? Сижу, делаю свои дела. Никого не трогаю. У меня, кстати, важный разговор был! И я его прервал из уважения к вашему преподавателю. Не понимаю твоих претензий. — Кратко и чётко поясняю свою позицию.

— Да я не в претензии, — хихикает Ирма. — Просто это было оч-ч-чень… ярко.

— Ну а я при чём? Она первая спросила; я искренне ответил, что вижу со своей колокольни. Говоря серьёзно, ваши преподаватели должны понимать, что у меня ещё могли не восстановиться мозги после понесённых психических травм, — хмыкаю. — Да и я на самом деле сказал, что думаю. Кстати, мог и порезче высказаться! Не стал. Никто не оценил.