Покачав головой, Ден поправил на плече сумку, в которую Марина уже положила воду, фрукты, полотенца и покрывало.
Окрыленные надеждой на хороший отдых, мы поспешили на остановку, где змейкой растянулась очередь на наш автобус. В первую подошедшую маршрутку мы не влезли, был вариант уехать стоя, но мы отказались. Во вторую зашли первыми.
Духоту Марина пережила мужественно, боясь, что ее укачает, Ден все время предлагал ей воды. Открытые окна спасали лишь тех, кто сидел непосредственно под ними, но вместе с потоком воздуха пассажиры получали порции дорожной пыли и распущенные волосы сидящих перед ними девушек.
День нам благоволил: ни стариков не было, которым надо уступать место, ни вредных пассажиров, что требуют закрыть окна — дуем им в августовское пекло.
Устроившись у окна, Таня все время восхищалась видами, то и дело дергая меня за руку.
— Красота какая! Ты посмотри!
Взглянув на мелькавшее между деревьями море, я захотела отключить мысли, но пока получалось плохо. Из головы не выходил наш утренний разговор с отцом. Представила папу без матери, как он начинает сам распоряжаться своей жизнью, зарабатывать, общаться с друзьями, музицировать сколько хочет, а не столько, сколько позволит ее величество.
Как сделать так, чтоб он воспользовался своей свободой правильно? Расправил крылья, а не нашел каблук, под которым можно снова окуклиться?
«Ты снова решаешь за других», — пробубнил голос в голове.
Ладно, подумаю об этом завтра. Улыбнувшись, я положила голову на Танино плечо и так ехала до самой конечной.
Вывалившись из маршрутки на свежий воздух, мы все облегченно вздохнули.
— Фух, выжила, — проговорила Марина, вытирая пол, и завертела головой. — Куда теперь?
— Море всегда внизу, — назидательным тоном проговорила Таня. — Вверху — горы, нам туда не надо.
Мы влились в людской поток, бодро текущий к морю. Обратно отдыхающие ползли, обливаясь потом. Провожая взглядом сипящего красного мужика, бредущего вверх, Таня сказала:
— Еще не поздно передумать.
Ден махнул рукой:
— Бояться горок — к морю не ходить.
На общественном пляже было решено не останавливаться и мы, минуя забитый отдыхающими берег, отправились к подножью горы Дивы.
Дойдя до небольшого каменистого пляжа, мы остановились.
Крупные валуны делили берег на уютные участки из мелкой гальки. Вода возле камней была прозрачной, светло-бирюзовой, а дальше становилась темно-синей. На дне отчётливо виднелись светлые пятна песка и бурые полосы водорослей.
От запаха моря и можжевельника закружилась голова. Я вдохнула поглубже. Вот это кайф! Никакой мерзкой музыки, запаха чебуреков и брызгающихся детей.