Глава 7 Вот и все, палач мой здесь…
Страница 47 из 73
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 7 Вот и все, палач мой здесь…

Страница 47

— Какая еще несчастная жизнь?

— Та, которую мы с папой тебе якобы испортили.

— О чем мне говорить с пятнадцатилетней оборзевшей соплячкой?

«С тридцатисемилетней», — вертелось в мыслях.

— А ты попробуй.

Проведя пальцем по краю салфетки, мать устало посмотрела в окно. Молчание затянулось, и мне показалось, что она сейчас встанет и уйдет, но огорошила меня откровением:

— Я знала Костю еще до твоего отца. — Ее голос изменился, стал мурлыкающим, музыкальным. — Мы любили друг друга. Только тогда… Все было сложно. Он не мог все бросить, я не могла ждать. А твой отец оказался рядом. Ухаживал, помогал. — Она горько усмехнулась. — Хороший. Надежный. Только я его не любила.

Я посмотрела на ее руки — пальцы, еще недавно уверенно державшие бокал, теперь тасовали обрывки фотографии.

— Зачем же вышла за него замуж? Еще и скрыла, что беременна от другого.

Удивленно распахнув глаза, она уставилась на меня.

— Что ты сказала?

— То, что слышала. Я знаю, что Марина не от папы, — проговорила я, бросая в пепельницу растерзанную фотографию (на ее месте должна быть я!)

— Потому что думала: стерпится, привыкну. Тебе сколько причин назвать? — проговорила мать печально.

Как умело она оправдывает свою же подлость! Отец, значит, был просто удобным. Ничего личного!

— Я всю жизнь любила только одного человека, — попыталась надавить на жалость мать, даже глаза ее увлажнились. — Ты сейчас сидишь передо мной, смотришь так, будто я преступница. А ты знаешь, каково это — жить не с нелюбимым? Каждый день? Годы?

Ну уж нет, великая манипуляторша, ничуть мне тебя не жалко! И ведь какой любезной стала, когда почувствовала, что запахло жареным!

— А каково было отцу? — спросила я.

Она нахмурилась.

— Он ничего не знал.

— Это, по-твоему, делало его счастливым?

— Я была нормальной женой.

Встретившись с моим взглядом, мать вспыхнула:

— Не надо вот этого! Я дом держала, работала, вас растила. Думаешь, легко было?

— Нет. Не думаю.

Она замолчала, сбитая моим согласием. Я продолжила:

— Только я спрашиваю не об этом. Зачем ты нас унижала?

— Никто тебя не унижал. Откуда столько неблагодарности! — взбеленилась мать.

Я почувствовала, как от злости сводит челюсть. Еще немного — и я начну выплескивать накопившиеся обиды.

«Не надо. Ты помнишь, для чего пришла», — остановила себя я и продолжила:

— Не спорь со мной о том, что я чувствовала. Ты можешь считать это воспитанием, а я называю это унижением.

Долго вглядываясь в меня, она вдруг опустила плечи.

— Ты была вся в него, — поговорила она чуть слышно.

Я молчала.

— С самого рождения. Лицо, взгляд… Даже молчишь так же.

назадназад
1 ... 45 46 47 48 49 ... 73
впередвперед