Купили ванильное мороженое за 20 копеек и тут же стали искать тенёк под деревом с лавочкой, чтобы присесть и не спеша съесть мороженое, наблюдая за изнывающим от жары городом. И вот тогда, когда шли по площади перед драмтеатром, Люда, опустив голову вниз, смотрела на большие каменные плиты, которыми была выложена площадь и по которым бодро вышагивали её летние сандалии с розовыми пальчиками. Вот тогда на неё точно так же навалилось чувство, что именно такой вот момент когда-то был в её жизни, и она точно так же прогуливалась с родителями и мороженым. Причём это случилось совсем недавно. Но в том-то и дело, что Люда совершенно не помнила этого! Вечером, перебирая свою детскую память, она всё-таки не могла припомнить такой момент, и это повергло её в отчаяние. Ноги в белых сандалиях на плитах у драмтеатра, казалось бы, это так легко вспомнить!

Утром сказала об этом маме, и та рассмеялась.

— Люся! Ну конечно, ты не помнишь этого, тебе ведь всего два года было! Это только-только мы сюда переехали. Вот смотри…

Мама, сцеживавшая квас на окрошку из трёхлитровой банки, бросила своё занятие и села напротив Люды, вытирая тряпкой руки.

— С папой мы хоть и из одного села, но в детстве не особо дружили, — с улыбкой сказала мама, как будто припоминая важные моменты жизни. — После 10 класса, в 1965 году, уехали учиться в Свердловск, в Уральский политех. Я на бухгалтера, он на энергетика. Жили в общежитии, там и познакомились поближе. И свадьбу сыграли студенческую. Мама, конечно, недовольна была: почему без родни, почему три дня не гуляли всей деревней… Но я сама так захотела, потому что самостоятельной стала. Это был 1969 год. Потом, после института, в 1970 году Саша отслужил на сборах в армии три месяца. Он после военной кафедры, лейтенантом служил. И мы потом уехали в Екатинск, после распределения, на Уралвагонзавод. Я начинала работать табельщицей в механосборочном цеху, он слесарем-ремонтником в покрасочном. Жили в общежитии. Потом, в 1971 году ты родилась, и нам дали квартиру в заводской новостройке, как молодым специалистам с ребёнком. Удерживали так, чтобы не уехали. Работать некому было. Эх… Было времечко…

Мама даже слегка прослезилась от воспоминаний. Люда встала, подошла к ней и утешающе похлопала по спине.

— Мы часто гуляли, — продолжила она. — По городу. По парку, на карусели ходили, на озёра ездили. И в парке этом часто бывали. С мороженым… Просто ты вспомнила себя совсем-совсем маленькой. В два года. Люди себя в этом возрасте обычно не помнят…

…Странно… Люде тогда показалось, что воспоминания были совсем свежими… Так же, как и сейчас. Она смотрела на чёрную женщину и поняла, что где-то её видела… Возможно, когда была совсем маленькая? Женщина, увидев, что Люда смотрит на неё, легко улыбнулась и помахала рукой. Люда, как заворожённая, помахала рукой в ответ.