— Спасибо! — вежливо сказала Люда. — Всё будет хорошо.
— Вот на этой позитивной ноте мы закончим интервью с олимпийской чемпионкой и чемпионкой мира Ариной Стольниковой, — радостно сказала Эмма и, выждав секунд 10, махнула рукой операторам, чтоб сворачивали работу.
Люда хотела уже подойти к тренеру, чтобы спросить, что делать, но неожиданно Эмма сама обратилась к ней:
— Ариша, нам для начальной и финальной вставки нужно, чтобы ты исполнила на льду нечто своё, коронное и легко узнаваемое.
Люда с тоской посмотрела на лёд. Ну что им показать? К сожалению, она ничего не знала…
Бронгауз, видя, что Людмила стоит в затруднении, подошёл к ней и слегка потрогал за плечо:
— Аря, ты в порядке? Что застыла?
— Я не знаю, что мне делать! — неуверенно ответила Люда. — Они сказали очень неопределённо. Что значит «сделай то, что у тебя лучше всего получается»? Что мне конкретно-то делать?
Людмила рассвирепела, нахмурила брови и блеснула голубыми глазами, снизу вверх в упор уставившись на Бронгауза.
«Какая-то она непривычная. Так, глядишь, и настроится на нужный лад», — с удивлением подумал тренер.
— Хорошо, я тебя понял, — кивнул головой Бронгауз. — В общем, надевай коньки, и от правого борта до левого проедешь хореографическую дорожку. Сначала «кораблик», потом «гидроблейд», под конец «ина-бауэр».
— Что? Всё сразу? — с недоумением спросила Люда. В её время эти позиции считались трудными, и выполняли их считанные единицы. Например, Соколовская… А большинство одногруппников не выполняли эти позиции по одной простой причине — они дополнительно не оценивались, и влияли лишь на зрелищность. Зато сил на эти выкрутасы тратилось много. Люда в хореографической дорожке обычно ехала простой ласточкой, потом делала несколько оборотов в «карандаше», и, как правило, этого хватало.
— Да, всё сразу, — согласился Бронгауз. — Но это ещё не всё. Доедешь до левого борта, там развернёшься и посредине катка исполнишь прыжок во вращение через бедуинский. Позиции — либела, кольцо и бильман. Всё ясно?
— Всё ясно, — согласилась Людмила и пошла надевать коньки на лавочку, стоявшую у калитки. Напротив лавки, у бортика, стоял большой старый пошарпанный стол с двумя стульями. На нём тренеры вели записи тренировок и включали музыку. На столе лежали блокноты с ручками и стояла маленькая пузатая магнитола, от которой шёл толстый шнур к стойке рядом с лавкой, на которой находились несколько мигающих индикаторами блоков усилителя.
Почти такая же система аудиосигнала была и на ледовой арене в ДЮСШОР Екатинска, только вместо современной магнитолы там стояла крутая двухкассетная дека «Нота-205». Играла эта приставка очень чисто и качественно. Когда не было тренера, втихаря ставили «Модерн», «Фэнси», «Сандру» и прочий модный дискач. Играло офигеть! Чисто и мощно! Ещё бы! Усилителями были несколько «Амфитонов» высшего класса.