С последней точки прошло часа четыре - я не решился будить её чтоб в последний раз поговорить.
Она так сладко спала...
два часа из четырёх я наблюдал, как этот божий ангел тихонечко спит, я поцеловал ее.
На часах уже пять утра,
она села рядом со мною и положила мне на плечо свою голову, ее волосы меня опьяняли, она понимала что я ухожу, из за чего по щекам ее бежала горькая слеза.
Обняв ее, я пообещал, что никогда не забуду о том что она для меня сделала. Я тоже дал волю эмоциям.
Нет более искреннего чувства, чем то - что появляется в момент расставания с человеком.
На память, я написал ей на листе: "Эта награда, вручается тем, кто действительно обладает благородной кровью.
Я же, старший фельдфебель Михаэль Шнайдерманн, не знаю человека, у которого более благородная кровь чем у вас, моя дорогая Диана Фон Молле!".
Сразу по написанию этого текста, я вынул ленту продетую через вторую пуговицу моего пальто, вместе с крестом, я положил награду поверх листа.
Я не смогу описать словами ее радость и тот огонь в глазах, после этого, последовала улыбка и слёзы.
Как только она смогла чуть погасить этот "пожар",
она меня через чур сильно прижала к себе, как только наши взоры пересеклись тут же последовал поцелуй, теплый и мягкий.
После чего, она подошла к шкафу что стоял неподалёку от моей кровати и вынула из него фотокарточку.
На ней была запечатлена Диана в народном костюме, на фоне кирхи.
Она отдала её мне.
Встав на колено, я обхватил её талию, она же, гладила меня по чёрным волосам .
Через пару минут я встал и подошёл к зеркалу, она подошла сзади и обхватила меня, я же поправив воротник, собрал вещи и перед выходом, на пороге я сказал:
"Не забывай меня, дорогая моя!".
Мы вновь поцеловались и я пошел...
Она смотрела мне вслед пока я не скрылся из виду.
Я пошел дальше.10 февраля.
Лицезрея заснеженные руины когда-то живых замков, эти роскошные бастионы и равелины, я то и дело думал о Диане, о заснеженных просторах родногоВинтерланда.
А вот и кончился этот городишко, началась река, что наименование её я не помню да и с моим акцентом, не смогу выговорить или написать.
Сейчас мне нужно будет сесть в маленькое судно, что доставит меня на родину.
Река эта впадает в безграничные воды, где на старых островках располагаются крупные и не очень провинции моего места.13 февраля.
Я ждал момента чтоб вновь сесть за написанием своего дневника.
Что-же, да здравствует моя Родина!Я несусь к причалу, словно плавучий остров.Холода и ели, словно бальзамом на кровоточащую рану.Совершенная роскошь для глаз, не видевших ничего более, чем - разруха и отчаяние послевоенного периода.Скорее всего, именно так встречали солнце наши предки.