Она была прекрасной,тонкие брови, голубые глаза, темно-каштановый волос, лицо Ангела.

Я упал на кровать, осознав, что сил у меня нет. Понимал это, не только я.

Диана, так её звали, налила мне очень горячий чай, к нему батон хлеба и свинину.

Я ел неохотно.

Из-за чего мы заговорили - я сам уже не вспомню, она была слишком умна и казалось, ей явно не хватало общения.

Как я узнал, ее муж воевал и погиб на первой войне, она работает в маленьком банке.

Мы проговорили до четырех часов ночи, всё было съедено и она встав сказала: "Завтра еще поговорим, ибо ты слишком слаб и тебе действительно нужен отдых, спи сладко, Михаэль".

После чего она, наклонившись, поцеловала меня в лоб...

Я потом ещё полчаса лежал и думал об этом всём, но потом Морфей сам забрал меня из этого мира в своё царство.

7 февраля.

Спал я словно убитый, снились мне снегопады. Как раньше я жил с этой страшной тоской?

По утру Дианы уже не было. На столе что стоял неподалёку от моей кровати, лежала записка, на которой женским почерком красовалась надпись:

"Я ушла, буду через несколько часов, приятного аппетита и много отдыхай."

Диана ушла на работу, у записки стояла тарелка с едой и кружка с крепким кофе.

Я заболел, у меня сквозная боль в спине, воспаление лёгких? Если это действительно оно, то есть ли мне смысл умирать на родине?

Я никогда не боялся смерти, когда под огнем мортир я бежал с запиской от офицера под Вайсенбергом, я не думал что умру, тут же - мне действительно стало страшно.

Не самая благородная смерть полевого унтер-офицера.

Прошло пару часов с моей последней заметки, она вернулась с работы, я помог ей с вещами и прочим.

Вечно я выдавал "фуги Баха", Господь пастырь мой, да будь ты милостив ко мне.

Диана Молле, таковым было её имя и фамилия, не знаю почему я не написал об этом как только взял в руки карандаш.

Мы вновь общались до самого вечера, по её виду было видно что она совсем измотана этим днем.

В её комнате было все так же старо и уютно, укрыв ее, я поцеловал её в лоб как она сделала мне вчера.

Она явно не ровно к этому дышит.

9 февраля.

У меня был сильный, до ужаса раздирающий горло кашель.

У меня не было сил вновь взять карандаш, но сейчас мне немного легче, это прекрасно, нельзя недооценивать силу природы!Нужен ли человек этому миру?

Это моя последняя ночь в этом доме, завтра по утру я вновь продолжу свой долгий путь домой.

Эту ночь я вряд-ли буду спать, да и мне это не надо, я проведу её с моим спасением.

Я обязан ей, что до сих пор жив и могу писать это, а ведь я мог замерзнуть у порога.