Анна не торопилась, что-то напевая себе под нос и вертя хвостом из стороны в сторону. Давая себя рассмотреть во всей своей красе. Девушка мне и до преобразований нравилась. В большинстве своем Анна не изменилась, если не считать звериных черт. Разве что грудь, чуть ли не выпрыгивающая из полотенца, была недавним приобретением.

Я удивленно нахмурился, почувствовав возбуждение.

— «Имп, что с ограничениями?» — уточнил я мысленно.

— «Ограничения функционируют в обычном режиме», — откликнулся помощник.

Я покачал головой. Вот чертовка. Неужели даже через ограничения смогла пробиться?

— Мне надо доделать один канал, — заявил я, будто бы оправдываясь.

— Что? Конечно, занимайся! — обернулась она чересчур резко.

Полотенце словно бы случайно распахнулось, явив миру набухшие бутоны розоватых сосков.

— Ой!

Анна неловко подобрала полотенце и снова прикрылась. Ее щеки горели предательским румянцем. Было видно, что подобные вещи ее сильно смущают. Но похоже сегодня она решила применить на мне весь свой арсенал.

Я вздохнул и откинулся в кровати, понимая, что работу над аурой лучше отложить.

— «Имп, сними ограничения…»

— «Принято.»

Я прикрыл глаза рукой, стараясь отрешиться от сексуальной красотки рядом, что было сделать сложнее, чем проникнуть к Пауку незамеченным. Мне было интересно проверить, действительно ли она способна так чутко реагировать на изменение моего запаха. Гормоны заиграли в крови и принялись тормошить разные органы и части тела.

Анна неспешно расчесывала свои непослушные пряди, глядясь в маленькое зеркальце. Видимо, одолжила у Двуликой. Вдруг спустя несколько минут она резко замерла и начала принюхиваться, активно дегустируя воздух в помещении.

— Э-этот арромат… вернулся!

Девушка плюхнулась на меня сверху, принявшись осыпать поцелуями. Мне не удалось долго притворяться возмущенным, поскольку одна из частей тела сдала меня с потрохами. Анна была крайне старательной, и решила сразу же изучить данную часть своим язычком, запомнив не только запах, но и вкус. Опыта у нее было немного, зато энергичности и желания хоть отбавляй. Учитывая, что и я сам давно не уединялся с девушкой, разрядка наступила быстро.

Наши тела снова и снова сплетались воедино, мы становились одним целым и затем распадались на миллионы частиц. Бросались в ледяные пучины и выныривали из раскаленной лавы. Девушка старательно запоминала мои мягкие напутствия, но порой брала инициативу в свои крепкие руки. Анна трепетала в моих объятиях. Зарывшись лицом в ее мягкие холмы, я достигал пика снова и снова. Девушка изгибалась дугой, стонала, кусалась и рычала, порой не сдерживаясь и оповещая других жителей дома с его тонкими перегородками.