— Груз вижу. Приступаю.

Перебираясь ползком, я вскрыл кейс с инструментами и, провозившись минут десять, закрепил инерционную лебедку на дальнем парапете. Затем, тросами привязал ее к монтажным петлям лифтовой шахты. Как ни жаль, затея с самой шахтой себя не оправдала. На нескольких этажах ее перекрывали осколки бетонных плит. Спуститься скрытно не получится. При последнем обстреле зданию здорово досталось. А это значит, что придется спускаться по теневой стене многоэтажки, у всех на виду. Причем, за один раз. Да, это против правил, но светиться дважды, и уж тем боле бегать по этажам — куда опаснее. Территория отлично пристреляна, и не только снайперами. Прямо сейчас, получив донесение разведки, какой-нибудь артиллерист бундесвера вполне мог судорожно перелистывать таблицы в поисках вводных для нашего квадрата. Я явственно представлял это, перецепляя карабины на сумки.

Ничего! Не сложнее, чем эвакуация пострадавшего с горнолыжного склона. Сейчас, зацеплю сумки, сброшу страховочный канат и неспеша, придерживая поклажу, спущусь вниз. Шестнадцать этажей, всего то! Лишь бы троса хватило и лебедку не заклинило! Как два пальца об асфальт.

Сармат прав, сегодня уж как-то совсем тихо. Оттащив плотные армейские сумки к дальнему парапету, я пристегнул трос к поясу и стал ждать, когда тень от насосной станции, возвышавшейся по центру крыши, наконец упадет в нужном направлении и скроет отход. Переваливаться через парапет придется очень быстро.

— Павлик, осмотрись там, пока время есть. Через эту камеру с флангов ни черта не видать. Только очень, очень осторожно! — приказал командир.

— Принял. Выполняю…

Смахнув пот с бровей, я поправил шлем и подполз к краю крыши, где парапет раздробило взрывом. Маленький цифровой бинокль не давал бликов, так что, можно было относительно безопасно полюбоваться видами столицы.

— Что видно? — Сармат снова вышел на связь.

— Вижу Рейхстаг, Бранденбургские ворота…

— Бундестаг, Павлик, — поправил он.

— Ай, какая к черту разница⁉ Все равно от него только руины. Даже надпись оставить негде. Разве что помочиться на память…

— Сегодня ведь пятое число? — уточнил снайпер.

— Вроде как, — пожал я плечами. — А что?

— Эх, закончить бы все до девятого… — посетовал Сокол. — Было бы символично. Да, командир?

— Так точно!

— Сармат, докладываю: ни одной живой души не вижу, даже остаточного теплового следа. Вообще никого. Нулевая активность.

— Правый фланг?

Я переполз на другой край крыши и замер.

— Нет, здесь тоже все вымерли.

— Хреново. Но, может оно и к лучшему для тебя. Ладно, давай сворачивайся по-быстрому. Ждем внизу!