— Гм… не совсем. Процесс привыкания занимает несколько дней. В вашем случае семь — десять. Сейчас вы владеете частью ее силы, а она — вашей слабостью. Иначе сан-даар не смог бы ей навредить.

— Вы про пса?

— Сотканный из света. Не обязательно пес. Разные существа, созданные для войны. У нас — сан-даары, у демонов — отродья. Они специально обучены нападать. Боевой пес не может навредить отродью, но в состоянии унюхать его и удерживать очень долго. Пока не подоспеет подмога. Маг, герой, или рыцарь со святым мечом. Так это работает.

— Скоро она окрепнет и эти цепи ее не удержат, — продолжила оракул. — Если погибает призыватель, погибает и фамильяр, чаще всего. Если связь очень сильна. Но если погибает фамильяр, это болезненно, но не смертельно. За жизнь человек может сменить десятки фамильяров. Однако, отродье — очень сильное магическое существо. Оно, скорее всего, переживет вашу смерть. Она не сможет убить сама, но будет желать вам смерти. Вероятнее всего, другие отродья будут пытаться вас убить, чтобы она стала свободной. А также люди. Не каждый готов смириться с таким фамильяром.

— Нет. Я этого делать не стану.

— Вы не понимаете! Это не жизнь, а мучение! Когда она окрепнет, вы поменяетесь местами! Это все равно, что накинуть поводок на шею виверны! Она вас размажет! — Санара сорвалась на крик.

— Посмотрим.

— Тогда я сделаю это сама! — она вынула из ножен клинок и направилась в пленнице.

— Госпожа губернатор!

МПЛ с тихим хлопком выплюнул три пули. Толстенный брус с кольцами для цепей, слева от нее, с треском разлетелся в щепки. Санара застыла на месте.

— Что вы делаете⁉ — перепугалась оракул.

— Я лишь хочу сказать, что в состоянии постоять за себя. Опасна она или нет — решать мне. Это живое существо и сейчас оно нуждается в помощи. Никто из вас не внушает доверия, уж простите. Тем более та, кто готова убить безоружного, прикованного к стене цепями. Или у вас это в чести, а, губернатор?

— Мальчишка! Ты еще пожалеешь о своих словах! Что мне делать, госпожа⁈ Как поступить?

— Никак… — оракул погрустнела. — Отродье она или нет, это не стоит вашей чести. Формально, она уже его фамильяр. Они связаны кровью. Либо он сделает это сам либо… поступим по закону. Убийство чужого фамильяра — тяжкий грех, Санара. Прости.

— Твое оружие действительно страшное, — бросила Санара и убрала клинок в ножны. — Я подчиняюсь!

— Ведь он может и не призывать ее, — рассудила Далия. — Скажем, посадит в яму и будет кормить время от времени. Или вовсе выдворим ее за пределы наших земель, восвояси. Пусть жила как живет.