— Санара?
Женщина вздрогнула. Оракул вышла из света и ступила на каменный пол.
— Вам лучше, госпожа? Вы объясните, что происходит?
— Послушай, мы с тобой едва не свершили чудовищную ошибку! Меня ужас охватывает от мысли о том, что мы могли сотворить. То, что этот чужестранец здесь, ни что иное, как божественное проведение!
— Он что… перерожденный?
— Ах если бы, Санара, ах если бы… — голос оракула подрагивал от волнения. — Бери выше!
— Гость из другого мира? — предположила она. — Этот? Вы шутите, должно быть⁉
— Мне не до шуток.
— Герой? Но, у нас все спокойно. Сейчас мир… Я не слышала о призывах. Кто-то нарушил запрет?
— Нет, нет! — оракул замотала головой. — В том-то все и дело. Я видела божественное сияние. За мгновение до своей смерти он перенесся в наш мир. Это было ужасно… столько боли! Я смогла погрузиться в его воспоминания так глубоко, как только возможно. Их мир не похож на наш, многое не поддается логике и пониманию. Но знания, что хранит его память — поистине бесценны! Это… это… потрясает до глубины души, Санара.
— Вы пугаете меня.
— Он представитель чуждой цивилизации. Куда более развитой, чем наша. И в их мире нет магии! Я не нашла ни единого подтверждения ее существованию. Их оружие поистине разрушительно, оно стирает гигантские города в пыль за одно мгновение.
— Как…?
— Ослепительным светом. Я видела это его глазами. Как вижу тебя сейчас. Этот человек думает, что умер. Он еще не понял, куда попал. А все, что с ним происходит, считает бредом умирающего.
— Так кто же он? Воин?
— Лекарь, Санара! Целитель, каких свет не знал! То, что пытался сотворить Альбер — лишь жалкие потуги, по сравнению с его знаниями.
— Постойте, а разве лекарь может убивать? — опешила Санара.
— Другой мир — другие правила, милая. Но они верят в каких-то богов. А еще дают клятву. Я видела, как он спасал врагов, также, как и своих собратьев.
— Врагов-то зачем⁈ Что за бред?
— Я и сама не совсем поняла. Он умелый, решительный воин, убивает без колебаний. Но если враг беспомощен и безоружен, то он помогает.
— Как ей? — Санара кивнула в сторону отродья.
— Похоже, что так. Впрочем, сейчас он всех нас считает врагами. Как мерзко на душе… Представитель иной цивилизации преодолев пространство пустоты, попал в наши руки, а мы обошлись с ним как с отребьем. Его собратья научились бороздить млечный путь, создали разум, подобный своему, обуздали ветер, солнечный свет, мощь молнии. Я даже не могу объяснить тебе, насколько далеко находится его дом…
— Мне кажется вы сильно преувеличиваете, госпожа. К тому же, мы его не истязали, разве что унизили слегка. Так сам виноват.