Мужчина был невысоким, но харизматичным. В его карих глазах горел азарт, а движения были быстрыми и энергичными, как у человека, который не может усидеть на месте.

— Приятно познакомиться, — кивнул я.

Из бронированного грузовика вышла женщина в практичном комбинезоне, вся увешанная странными приборами. Короткие рыжие волосы, очки с множеством линз, которые она постоянно переключала.

— Хельга Эйзенхорн, — представилась она, пожимая мне руку с неожиданной силой. — Глава клана Эйзенхорн. Вы тот самый аномальный субъект, который закрыл тысячелетний Разлом?

— Субъект? — поднял я бровь. Так меня еще никто не называл, даже демоны.

— Простите, профессиональная деформация, — она достала какой-то сканер и начала водить им вокруг меня. — Удивительно! Никакой магии, зато показатели вашей внутренней энергии выходят за пределы измерений!

— Эй, без экспериментов на живых людях, — предупредил я.

— Жаль, — искренне расстроилась она, бросив на меня такой вожделеющий взгляд, что мне стало не по себе. — Вы были бы прекрасным объектом для исследований.

Последним из глав прибыл массивный мужчина, больше похожий на гору, чем на человека. Он вышел из грузовика, нагруженного каким-то оборудованием.

— Гидеон Грол, — представился он низким басом. — Клан Грол.

Рукопожатие у него было как у промышленного пресса, но я выдержал и это.

— Дарион Торн. Что за оборудование вы привезли с собой?

— Сейсмические датчики, — коротко ответил он. — Чувствую аномалии под землей. В Разломе, очевидно, что-то есть.

— Интересно, — кивнул я.

Мужчина посмотрел на меня долгим взглядом, затем кивнул и прошел к своей команде.

Кайден тем временем вертел головой, наблюдая за прибывающими группами Охотников от других кланов.

— Смотри, — шепнул он мне. — Вон та женщина с копьем — это Валерия Марси из клана Морос. S-ранг. А тот парень с двумя мечами — Данте из клана Белларди, прославленный мастер скоростных атак.

В этот момент подъехал еще один автомобиль, и из него вышел молодой человек, которого я сразу узнал — Брендон Синкроф. Золотистые волосы, холодные голубые глаза, и выражение лица человека, у которого постоянно что-то болит.

Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде читалось что-то странное. То ли враждебность, то ли какие-то планы относительно меня. Честно, я в выражениях лица у детей мало смыслил.

— Господин Торн, — холодно кивнул он.

— Молодой Синкроф, — ответил я. — Как сестра?

Его челюсть напряглась.

— Брина в порядке. Она… занята семейными делами.

«Точнее, ты ее не пустил», — подумал я, но вслух ничего не сказал.

Наконец, когда все собрались: четыре главы кланов, команды от остальных восьми, включая группу Брендона, Аурелия Мерсер взяла слово.