— Знаешь, — сказал он, сплетая какой-то браслет из бусин и кожи. — Я все думаю, что будет после.

— После чего? — спросил я, затачивая меч.

— После того, как мы закроем последний портал. После того, как демоны уйдут. Что мы будем делать?

— Если выживем — напьемся, — пожал я плечами. — А потом… не знаю. Найдем новую войну, наверное. В мире не бывает времен без войн, как бы странно это ни звучало.

Эддард покачал головой.

— Я вот думаю вернуться домой. В Восточные земли. Открыть школу боевых искусств. Учить молодежь. Передать знания.

— Ты? Учитель? — я, не удержавшись, фыркнул. — Да ты же терпеть не можешь детей!

— Дети вырастают, — философски заметил он. — И потом, кто-то же должен сохранить наши техники. Вдруг через сотню лет они понадобятся? Зря я, что ли, их все это время шлифовал и дорабатывал?

— Оптимист. Думаешь, мир простоит сотню лет без новой угрозы?

— А ты? — Эддард посмотрел на меня. — Чего ты хочешь после войны?

Я задумался. Чего я хотел? Славы? Уже есть, хотя и не просил. Да и обернулась эта слава мало чем хорошим. Богатства? Неинтересно, ведь я знал, как это легко можно потерять. Власти? Скучно, тем более меня не прельщали все эти словесные игры.

— Покоя, — наконец сказал я. — Просто жить в мире, где не нужно каждый день сражаться за выживание. Где можно проснуться и не думать, что сегодня может быть последний день.

— Покоя? — Эддард рассмеялся. — Ты? Дарион Торн хочет покоя? Да ты же сдохнешь от скуки через неделю!

— Может быть, — согласился я. — Но было бы неплохо попробовать.

Эддард закончил плести браслет и посмотрел на свою работу.

— Знаешь, что это? — спросил он.

— Браслет? — предположил я.

— Это символ. В моих землях такие браслеты передают в семье из поколения в поколение. От отца к сыну, от учителя к ученику. Это знак продолжения, связи между прошлым и будущим.

— И что ты с ним сделаешь? У тебя же нет детей. Ну, официальных.

— Пока нет, — Эддард подмигнул. — Но будут, уж я постараюсь, да и кто знает, сколько осталось детишек после наших походов. И я передам им этот браслет. И расскажу о наших приключениях. О том, как мы спасли мир. О тебе.

— Обо мне? Надеюсь, только хорошее.

— Только правду, — усмехнулся он. — Что ты упрямый ублюдок, который не умеет проигрывать. Что ты готов пожертвовать собой ради других, хотя и притворяешься циником. Что ты лучший воин, которого я знал.

— Не начинай, — поморщился я. — А то сейчас расплачусь.

— Вот именно про это и расскажу — что великий Дарион Торн боится проявления чувств больше, чем армии демонов.

Мы рассмеялись. Последний раз вместе рассмеялись.