— Какого черта⁈ — выругался Леон. — Что это за уроды⁈

— Да уж, разлом явно не из приятных. Кажется, я скучаю по парящим островам.

Амальгамы двигались неестественно, дергано, словно части их тел не были полностью синхронизированы. Но это не делало их менее опасными. Наоборот, непредсказуемость движений усложняла бой.

Первая амальгама — та, с телом человека — атаковала щупальцами. Они удлинились на несколько метров, хлеща как кнуты. Я отбил первую атаку, но второе щупальце обвилось вокруг ноги.

— Черт!

Щупальце начало тянуть меня к твари. В ее насекомоподобной голове раскрылись челюсти, полные острых зубов.

Я перешел к Стилю Морозного Предела. Лед стремительно распространился по щупальцу, замораживая его. Резкий удар — и замороженная плоть раскололась на куски.

Но амальгама не остановилась. Из обрубка начало расти новое щупальце, еще толще и длиннее.

— Они регенерируют! — крикнула Хлоя, отбиваясь от очередной твари.

— Тогда рубим до тех пор, пока не перестанут!

Следующие несколько минут были настоящим хаосом. Амальгамы атаковали со всех сторон, используя свои неестественные способности. Одна плевалась кислотой, другая выпускала ядовитые споры, третья просто пыталась растерзать нас когтями и зубами.

Леон сражался с холодной сдержанной методичностью. Его катана мелькала, оставляя ледяные следы в воздухе. Иногда он создавал ледяные стены для защиты, иногда — копья для атаки.

Хлоя, напротив, превратилась в вихрь смерти. Ее лепестки были везде — режущие, колющие, защищающие. Она, можно сказать, танцевала на поле боя и смеялась, уничтожая амальгам, и в этом смехе было что-то жуткое.

Я же методично пробивался вперед, меняя стили, в зависимости от ситуации. Огонь против регенерации, лед против скорости, молния против брони.

Наконец последняя амальгама упала, разрубленная пополам.

— Это было… весело, — выдохнула Хлоя, вытирая пот со лба. Ее глаза так и сверкали довольством.

— У тебя странное понятие веселья, — едко заметил Леон.

— А у тебя скучное, — парировала она, пренебрежительно фыркнув.

— Тихо, — прервал я их. — Слышите?

Из глубины пещеры доносились звуки боя. Крики, лязг металла, рев тварей.

— Роуэны, — понял Леон. — Похоже, у них тоже проблемы.

— Или они нашли что-то интересное, — предположила Хлоя. — Может, ядро?

— Есть только один способ узнать, — я направился к источнику звуков.

Пещера расширилась, превратившись в огромный зал. Вскоре передо мной появилось нечто, что заставило удивиться.

Сад. Подземный сад в самом сердце Бездны.

Вот только деревья явно отличались от привычных. Все это пульсировало, дышало, жило своей жуткой жизнью, и явно было одним организмом.