— И что же ты увидел в Торне? — Аурелия наклонилась вперед с несвойственным ей интересом.

— Сейчас он не так силен, как Малигаро, или как Синкроф. Но его потенциал… Я впервые не увидел потолка. Не смог различить того, каким он может стать, если приложит усилия. Госпожа Мерсер, боюсь, что его потенциал бесконечен. Но, если вы позволите, я бы очень хотел испытать его силы лично.

Аурелия не ответила. Она встала, подошла к огромному экрану на стене и провела по нему рукой. Появилась новостная лента — фотографии Дариона, спасающего город, статьи о «Последнем Пределе», видео с боями.

— Ты, господин Торн, — прошептала она, проводя пальцем по его изображению, — не просто золотая антилопа. Ты — ключ к сокровищнице, и я даже представить не могу, какое богатство внутри.

Я спускался в тренировочный зал «Последнего Предела» с чашкой чая в руке и Тенью, семенящим рядом. Утро начиналось прекрасно — солнечно, тихо, никто не пытался меня убить. Хотя, это, скорее, минус, чем плюс. Того и гляди, расслаблюсь, отращу жирок…

Но стоило открыть массивные двери зала, как идиллия разлетелась в клочья.

— Я первая с ним познакомилась! — орала Зара, и температура вокруг нее поднялась градусов на двадцать. Огненные искры танцевали в воздухе, а ее роскошные красные волосы развевались, как будто она стояла в эпицентре огненного урагана. — Я ИМЕЮ ПРИОРИТЕТ!

— ПРИОРИТЕТ⁈ — не уступала Хлоя, вокруг которой потрескивали фиолетовые молнии. Ее обычно идеальная прическа растрепалась, а в аметистовых глазах плясали искры ярости. — Ты просто владелица подпольной дырки! А я из древнего рода!

— Подпольной дырки⁈ — Зара сделала шаг вперед, и пол под ней начал дымиться. — Моя арена приносит больше прибыли, чем весь твой древний род за год!

— Деньги не заменят благородство крови!

— А благородство не заменит мозги, которых у тебя явно нет!

Они стояли нос к носу, и воздух между ними буквально искрил от столкновения их аур. Я прикинул ущерб, если они все-таки схлестнутся. Зал точно придется ремонтировать. Опять.

В другом углу происходило не менее увлекательное зрелище. Леон и Бартоломей сидели на корточках друг напротив друга, выбрасывая руки в классической игре «камень-ножницы-бумага». Счёт на импровизированной доске рядом показывал 39:5 в пользу Леона.

— Не считается! — заорал Бартоломей, когда его камень проиграл бумаге Леона в сороковой раз. — Ты жульничаешь! Используешь свою эту… новую магию!

— Я не использую подобное, для выяснения отношений в детской игре! — возмутился Леон, хотя его глаза подозрительно поблёскивали. — Ты просто предсказуем, как рассвет!