Но самое поразительное — она, действительно, была копией близняшек Синкроф. Та же грация в движениях, тот же наклон головы при оценке противника, даже манера держать оружие. Удивительно.

Девушка убрала кинжал и вытянула левую руку вперед. Воздух вокруг её ладони задрожал, засверкал золотистыми искрами. Энергия начала собираться, закручиваясь в спираль. Сначала появился контур — тонкая золотая линия, изогнутая как натянутая тетива. Потом линия уплотнилась, обрела объём. Рукоять формировалась из чистого света, переливаясь всеми оттенками золота — от бледно-жёлтого до насыщенного янтарного.

Плечи лука изогнулись с идеальной симметрией, на их поверхности проступили руны. Тетива материализовалась последней — тонкая нить чистой энергии, вибрирующая от напряжения. Весь процесс занял меньше секунды, но выглядел как сотворение чего-то прекрасного.

Был бы сентиментальным, точно бы расплакался, ну прям один в один с тем, что я помнил.

Девушка натянула тетиву, и на ней появилась стрела из того же золотого света. Наконечник был острым как бритва, древко идеально прямым, оперение трепетало, несмотря на отсутствие ветра.

— Впечатляет, — кивнул я. — Но одной стрелы маловато, не находишь? Я думал, Синкроф умеют больше. Неужели деградация?

Она улыбнулась. Холодно, уверенно. Воздух вокруг девушки замерцал, как летний зной над раскалённым асфальтом. Из ряби начали появляться фигуры — сначала полупрозрачные, потом всё более чёткие. Десять идеальных копий девушки материализовались вокруг меня, формируя круг. Каждая держала такой же световой лук, каждая целилась мне в голову.

Миражи были настолько реалистичными, что я даже слышал их дыхание. Магия иллюзий высшего уровня, смешанная с материализацией оружия. Очень, очень неплохо. Селестина гордилась бы такой наследницей своих техник.

— Теперь поговорим, — сказала она, и все одиннадцать версий произнесли это одновременно, создавая жуткий эффект эха. — Кто ты? Говори, или я выпущу все стрелы одновременно.

Я медленно прошёлся по кругу, разглядывая миражи. Каждый следил за мной взглядом, поворачивая луки. Синхронность была идеальной — ни одного сбоя, ни малейшей задержки. Такое, действительно, могло сбить с толку.

— Неплохо, неплохо, — сказал я, засунув руки в карманы. — Ты совместила магию и стрельбу из лука. Очень способная девочка. Кто был твоим предком — Лилиана или Селестина Синкроф?

Эффект моих слов был мгновенным. Все миражи дёрнулись, на секунду потеряв чёткость. Глаза оригинальной девушки расширились от шока, рука с луком дрогнула.

— Откуда… откуда ты знаешь эти имена⁈ — выдохнула она, и остальные копии эхом повторили вопрос. — Эти имена известны только старейшинам клана! Говори, иначе я выстрелю!