— Скажи-ка мне aimable Afanassy, — помпезно произнёс отдохнувший, набравшийся сил молодой офицер, как только солнце взошло над опушкой леса. Его нечёсаная, кудлатая голова выглянула из окна кареты… — Quand vous daignez Servir le petit dejeuner ? (Когда вы соизволите подать завтрак? Франц.).

— Чаго? — денщик растерялся от такого высоко-светского обращения к своей персоне.

— Есть, когда будем, дурья твоя башка⁈ — барин снова стал самим собой. Он резко открыл дверцу и вышел наружу.

— Так, энто… ваша высокая бродь, — слуга лениво почесал ногу об ногу. — Кушать-то нечего. Ещё вчерась всё доели до последней крошки. Да и чего время тратить попусту. К вечеру, по дороге, должна быть харчевня. Тама и покушаете.

— Афонька! Я хочу — сейчас. Давай, скоренько найди кого-нибудь. Поймай, зажарь, свари, приготовь. Ну!!! Иначе я тебя самого посажу на вертел.

— Кормилиц, кого я же поймаю? Ту та жа нет никого. Лес кругом — дикий.

— Как, никого? Уток, видишь? — Сатрап ткнул рукой в сторону небольшого лесного пруда, по водам которого нарезали круги две дикие непуганые утки. Они как раз подплыли почти к берегу.

— Давай! Руки в ноги и вперёд — за едой, — в руках офицера-маньяка вновь возник страшный (чёрный) пистолет. Щёлкнул курок. Он вытянул руку прицеливаясь

— Ваше высокое благородие, помилуй. Я же не собака, я их не догоню, — денщик съёжился, вдавил голову в плечи, зажмурил глаза, ожидая рокового выстрела.

— Бабахх!!! — одну из уток подбросило над водой.

— В смысле не собака? — стволом махнули в сторону неподвижно застывшей тушки. — А ну, плыви!

— А ты, чего рот раззявил? — обратились к вознице. — Помог ему! Быстро!

……

— Скучно!.. — вселенец не знал, чем заняться в дороге. Он уже несколько десятков раз поменял с помощью артефакта все свои характеристики. Перемещался от полного овоща до гиганта-мыслителя всех времен и народов. Перепробовав сотню различных вариантов, вынес вердикт — всё равно скучно. Молодому здоровому мужскому организму не хватало общения — желательно с противоположным полом. Дорога была долгой, однотипной, серой и не интересной. Делать было абсолютно нечего. Не было телевидения, интернета, даже запропавшего радио не было. Прямо хоть бросай всё и вой на Луну или сам себя развлекай: пой — устраивай концерты. Хотя почему сам? (Идея мгновенно возникла в кудрявой голове.).

Путник высунулся из окна кареты, глубоко вздохнул и заорал…

— Афонька! Merde! Ochlamon ! Мать перемать!

— Слушаю, господин.

— Быстро ко мне, внутрь.

— Не могу, — слуга начал упираться. — Не положено.

— Живо, я сказал! — в руках бешенного хозяина тут же возник пистолет.