Я почувствовал, как внутри меня нарастает мрачная решимость Аббадона, его безмолвная клятва звенела в моём сознании подобно удару колокола — глубокая, резонирующая, неотменяемая.
«Когда-нибудь я верну все свои части и отомщу Асмодею», — произнёс он, и его голос был холодным и твёрдым, как сталь. — «И тогда он пожалеет, что оставил меня в живых».
Мы молча начали собираться. Габер бережно поднял тело Емели, держа его на руках, словно спящего ребёнка. Ярик и Мелисса встали рядом, инстинктивно держась ближе друг к другу — общая судьба сблизила их, создав невидимую связь. Дед помог подняться Шумиловой, поддерживая её за талию, чтобы не беспокоить раненое плечо.
Сумрак и Пушистик, словно почувствовав наше решение, двинулись вперёд, указывая дорогу через зыбкие пространства Междумирья. Два фамильяра безошибочно находили путь в белёсом лабиринте, их глаза светились в тумане подобно маякам.
Мы шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Габер нёс тело Емели, его лицо было каменным, но в глазах стояли невыплаканные слёзы — не только из-за дочери, но и из-за юноши, который пожертвовал собой, защищая друзей.
Я замыкал нашу маленькую процессию, время от времени оглядываясь назад, проверяя, не следует ли за нами кто-то или что-то. Но Междумирье постепенно успокаивалось, возвращаясь к своему обычному, медленно пульсирующему ритму, словно разыгравшаяся буря демонических сил утомила даже само пространство между мирами.
Вскоре впереди показался проблеск — не ослепительный свет, а скорее тусклое свечение, отличавшееся от белёсого тумана Междумирья. Выход. Путь назад, в наш мир.
Моя последняя мысль перед тем, как мы пересекли границу между мирами, странным образом переплелась с мыслью Аббадона, создав единое целое: «Мы вернёмся сильнее. И в следующий раз мы будем готовы».
Туман Междумирья растаял, и перед нами открылся знакомый вид пещеры Кротова, наполненной мягким светом магических светильников. Меня захлестнуло чувство облегчения — мы вернулись. Ноги подкосились, и я опустился на холодный каменный пол, пытаясь осознать всё произошедшее. Емеля погиб, Дина ушла с Асмодеем, а Ярик и Мелисса стали носителями частей демонической сущности. Мой мир изменился навсегда.
Ожидавшие нас в пещере Демоноборцы бросились навстречу, подхватывая раненую Шумилову и помогая деду. Их командир — молодой мужчина с ястребиным профилем — замер, увидев безжизненное тело Емели на руках Габера.
— Мы потеряли Карпова и четверых бойцов, — хрипло произнес он. — А вы?
— Емельянов отдал жизнь, защищая друзей, — тихо ответил дед. — И мы потеряли еще одну душу… иным способом.