— Я всё сделаю, — пролепетал мой знакомый. От его надменности не осталось и следа. Он сидел на коленях и рассматривал пол, как побитый щенок.
— В сторону города и монастыря двигается один человек. Как только он переступит порог обители, ты сразу же нам об этом сообщишь. Этого человека зовут Михаил Уваров, сын Светлейшего князя. Возможно, с ним будет один спутник. — Поднялся незнакомец на ноги и, повернувшись в сторону моего двойника, задумчиво проговорил.
Меня, как током пробило, когда я смог разглядеть его лицо. Тонкие скулы, бледное лицо, ярко-зелёного цвета глаза и небольшой шрам над левой бровью, который остался у него с годовалого возраста. Сын Светлейшего князя Репнина. Единственный его законный наследник. Теперь мне стало понятно, где я видел этого аристократа раньше. Незаконный сын, которого он принял в свой род после смерти своей жены. Ещё до войны на одном из светских раутов он был представлен высшему обществу. Прошло несколько лет, и он изменился, но теперь я узнал его.
— Не оплошай, Олег. — Прищурился Григорий Репнин. — Не нужно расстраивать отца. Потому что в случае твоих очередных неудач тот, кому мы служим, будет очень недоволен, а мы же не хотим, чтобы он был нами недоволен? Не так ли? — Оскалился он, всё ещё глядя на моего двойника ярко-красными глазами с вертикальным зрачком.
Григорий Репнин не был одержим демоном, в этом я оказался прав. Он сам был демоном. Перерождённый маг, обрётший демонические силы, становится воплощением демона. Такие твари сильнее обычных демонов и магов, и гораздо опаснее. Это что получается, князь Репнин, который являлся ближайшим соратником и другом моего отца, тоже является перерождённым? Что же на самом деле происходит в империи?
— Кто это набрался смелости, чтобы начать следить за наследником Светлейшего князя? — улыбнулся Репнин и резко выбросил руку, хватая моего двойника за горло, который в одночасье обрёл физическую форму.
Как только я почувствовал прикосновение княжича к призрачному двойнику, то сразу же попробовал оборвать связь. К сожалению, демон уже начал перехватывать управление моим заклинанием, так что мне оставалось только взорвать соединяющий нас канал магии. Мощный откат от разрушенного мною же заклинания подбросил меня на несколько метров вверх и в сторону, отчего я довольно ощутимо приложился спиной к кирпичной стене, рядом с которой стоял.
В эту же секунду подул лёгкий ветерок, и перстень, вытянув немного моей энергией, сотворил пять металлических лезвий, которые тут же понеслись в сторону начертанной и всё ещё активированной руны, разрушая её физически. К счастью, моё родство с магией душ, позволяло Павлу создавать заклинания почти мгновенно.