— И она ими питается? — решил уточнить я, попутно осматривая тело на предмет специфических ран и отметин.
— Где в слове проводник ты услышал голодная тварь, питающаяся душами? — деловито уточнил он. — Я, конечно, могу ошибаться, но, похоже, здесь работает какая-то банда минимум из двух тварей: жнеца и того, кто им управляет. Ну и главный, конечно, вопрос, почему жертвы так странно умирают?
— Тут чисто, — обратился я к парням. — Закапывайте. Я к лопате не прикоснусь, считайте, что у меня моральное и эмоциональное истощение, — хмыкнул я, захлопывая крышку гроба и отходя в сторону под прищуренными взглядами товарищей. — Хорошо бы было, если бы Сергей с Иннокентием рядом находились, — сокрушённо покачал я головой.
— Возможно. Может, уже выпустишь меня? — уточнил Карпов, показывая рукой на светящийся круг.
— Ах да, — я перечеркнул линию кинжалом, размыкая контур. — Не забудь с Лебедевым связаться. Мы пока здесь побудем, чтобы в случае чего не разминуться.
— Хорошо. Будь только осторожен. Вот это всё, — кивнул он в сторону могилы, — мне совершенно не нравится.
Под первыми рассветными лучами солнца призрачная фигура начала постепенно истаивать. Подул знакомый холодный ветер, и начертанный круг призыва исчез, будто его никогда не было.
Я всё-таки сжалился над парнями и помог им придать могиле естественный вид. Тем более, под физическую нагрузку хорошо думалось.
Когда мы закончили, то грязные и уставшие направились обратно в посёлок. Поход в больницу мы решили отложить на обед.
— Слушай, а это нормально? — от раздумий меня отвлёк Роман, который остановился и кивнул на мой кинжал, висевший на поясе. Даже через ножны было видно исходящее от его лезвия красноватое свечение.
Достав клинок, я внимательно его осмотрел. Руны на лезвии ярко светились, как тогда, когда на него попала кровь демона. Это было очень странно. Я оглядел пустынную улицу, но ничего, что могло бы так повлиять на кинжал, не увидел.
— Нет, это не нормально. Пойдём в номера, нужно уже действительно решить, что делать дальше.
Добравшись до нашего вре́менного пристанища, нам пришлось долго долбиться, чтобы заспанный и злой вахтер, наконец, отпер нам двери. Услышав про себя много интересного, мы разбрелись по комнатам, договорившись встретиться в полдень у меня.
— Вообще странно, — проговорил я, бросая на стол кинжал в ножнах, который перестал светиться сразу же, как только мы подошли к воротам профилактория.
— Что конкретно во всей этой истории тебе показалось странным? — решил уточнить Павел.
— То, что я устал. Будто у меня внезапно куда-то делись все силы. А учитывая то, что Ромка с Курьяновым еле доползли до своих комнат, у них состояние ничуть не отличается от моего. — Я взял в руки кинжал и начал его пристально рассматривать.